Шрифт:
— Собираюсь, — твердо заявил тот. — Другого выхода нет. А то он и в самом деле подумает, что мы участвовали в похищении книги.
— Ну да, тогда он не подумает, — угрюмо согласился Андрей. — Тогда он сочтет нас просто сумасшедшими!
— Ну и пусть, — не смутился Сашка. — Только, кажется, он сам с приветом. То смотрит как на врагов, то тортом угощает. Зато, может, удастся вытянуть из него что-нибудь существенное, а не арабскую сказку, как в прошлый раз.
— Ну, смотри, — с сомнением протянул Андрей и вонзил зубы в кусок торта.
Не успели ребята прикончить половину угощения, как дед снова появился на кухне. Молча, ни о чем ни спрашивая, он наблюдал, как Сашка с Андреем едят торт. Когда всё было съедено, дед собрал посуду, сгрузил ее в мойку, вытер стол и сел рядом.
— Итак, молодые люди, — сдвинув мохнатые брови, неторопливо произнес он, — что вы хотели мне рассказать?
2
— А в конце, — неторопливо произнес Сашка, — на крыше появился какой-то человек. Но это я уже плохо помню.
— Я помню, — эхом отозвался молчавший до сих пор Андрей. — У него голос был такой, мощный. Мне показалось, будто закачалась башня.
— И что он сказал? — с интересом спросил дед.
Дед совершенно не собирался над ними смеяться или объявлять их сумасшедшими, как опасался Андрей. Наоборот, он слушал серьезно, ни разу не прервав рассказ. И почему-то сразу стало ясно, что он не сомневается ни в одном их слове. Будто вся эта жуткая, похожая на комикс и одновременно на фильм ужасов, история есть обычное изложение самого тривиального школьного года.
— Он потребовал, чтобы Джокер отпустил Сашку, — ответил Андрей.
— Если можно, поточнее, — попросил дед. — Что именно сказал? Какими словами?
— Он сказал: «Отпусти мальчишку, и я оставлю тебе жизнь».
— Это точно?
— Ну да, — кивнул Андрей. — Жалко, Маши нет, она наверняка запомнила слово в слово.
— Маша не могла видеть того человека, — напомнил Сашка. — Она тогда без сознания была.
— Ах, да! — Андрей стащил с тарелки яблоко и смачно им захрустел.
Потирая лоб пальцами, дед облокотился о стол.
— Я оставлю тебе жизнь, — бормотал он. — Оставлю жизнь… Вот так, да?
— Вам это что-то говорит? — спросил его Сашка.
— Видишь ли, Александр, — произнес дед, вставая выключить надоедливое радио, — замечателен тот факт, что ваш нежданный спаситель воспользовался выражением «оставлю тебе жизнь».
Дед уже снова сидел, внимательно глядя на ребят темно-карими, удивительно молодыми глазами.
— Что же тут замечательного? — искренне удивился Андрей.
Дед объяснил:
— На первый взгляд может показаться, что человек на башне употребил по отношению к демону власть принуждения, или наказания. Однако я всё же полагаю, что он применил власть нормативную, хотя и в предельно директивной форме.
Сашка с Андреем переглянулись недоуменно.
— А что такое нормативная власть? — спросил Сашка.
— Это когда кто-то имеет право контролировать соблюдение определенных правил и в случае необходимости на них настаивать, — пояснил дед. — Выражаясь по-простому, «ты начальник, я дурак». — Он лукаво улыбнулся.
— Странный вывод из одной фразы, — произнес озадаченный Сашка.
Не донеся яблоко до рта, Андрей сказал:
— Получается, наш спаситель — начальник над Джокером?
— Не обязательно, но весьма вероятно, — заявил дед.
— Круто! — вырвалось у Андрея. В следующую секунду он снова грыз яблоко.
— Мда, — протянул Сашка растерянно. — Это слабо укладывается в голове. Не понимаю, как можно прийти к такому выводу.
— Точно, — с полным ртом и сарказмом в голосе добавил Андрей. — И, кстати, как ему удалось захватить над Джокером власть? Это же практически невозможно!
Дед снисходительно улыбнулся.
— Про захват власти с влиянием — это вам в школу менеджмента. Путь Самурая и прочее «Хочешь похудеть — спроси меня как».
Он забрал у Андрея огрызок, который тот не знал куда деть, и отправил его в мусорное ведро. Потом подошел к висевшему на стене шкафчику, достал оттуда трубку и стал набивать ее табаком.
— Мы сейчас пытаемся понять, что произошло на самом деле, — заметил он бесстрастно. — Из вашего рассказа я сделал для себя вывод — возможно, неверный — что на башне случилось что-то необычное.
— Это еще мягко сказано! — прерывая его, воскликнул Андрей. — Если бы мне кто рассказал такую историю, я бы решил, что он с мышами в голове.