— В смысле стреляет, только летит малопонятно куда. В окрестностях замка всё, что быстрее стрелы, может вернуться тебе в лоб. Но ты не переживай — в диких условиях мы пробудем недолго, дальше нас встретит вполне нормальная цивилизация.

Она допила воду и поставила стакан на телефонный столик.

— Это из-за Сотериса, да? — спросил ее Сашка.

Тетя Зина поперхнулась, откашлялась и, глядя на него с интересом, сказала:

— Так, так, так… Откуда ты, Сашенька, знаешь такие слова? Кто тебе их подсказал?

— Он был там, — бросила ей в спину мама, выходя из ванной. Она вытирала голову полотенцем. — Это он лишил тебя связи. Прошлым летом они с друзьями развалили бассейн в Хранилище.

Тетя Зина широко распахнула глаза и посмотрела на Сашку, словно видела его впервые. Мама продолжила:

— А еще именно он прогнал твоего паразита, так что тебе не надо больше гадать, что произошло в тот день, просто спроси.

Она откинула назад волосы и, пользуясь моментом, пока тетя Зина приходила в себя, сказала Сашке одними губами: «Не вздумай рассказать ей о сделке!». Тот едва заметно кивнул и одновременно взял в руки сумки.

— Стоп, стоп! — воскликнула тетя Зина, хватая его за локоть. — Я хочу прямо сейчас подробного рассказа. Что произошло тогда? — требовательно спросила она. — За два года я сломала себе голову!

— Кажется, вы собирались для начала разгрузить сумки? — бросил Сашка через плечо, шагая к гостиной.

Тетя Зина отпустила его и произнесла недовольно, двигаясь следом:

— Ну и племянничка ты мне вырастила!

— А то тебе это незнакомо, — хмыкнула сзади мама, и они о чем-то зашушукались.

Остановившись посередине гостиной, Сашка бросил сумки на пол, расстегнул «молнии» и вытряхнул содержимое. Маскарад тети Зины окончательно перестал быть маскарадом, когда под ноги ему вывалились несколько мечей в ножнах, три пучка коротких стрел, компактно сложенный арбалет и знакомые уже портупеи.

Тут же лежали новые бриджи и три пары сапог, похожих на те, что были на тете Зине. До Сашки только сейчас дошло, что она не шутила, рассуждая об оружии — им предстояло всем этим воспользоваться и, может, даже кого-то убить. Терпение его лопнуло, и он глянул исподлобья на обеих женщин, застывших в дверях. Они тоже смотрели на него — одна с сочувствием, другая с улыбкой.

— Я жду объяснений, — мрачно сказал им Сашка. — Подробных и без увиливаний. Иначе…

— Иначе что? — шагнув в комнату и усаживаясь на диван, усмехнулась тетя Зина. — Бросишь нас на съедение псам? — Она смерила его насмешливым взглядом. — Какой же ты боец тогда, Сашенька?

Сашка вспыхнул и огрызнулся:

— Не претендую.

Они уставились с неприязнью друг на друга, но тут мама, которая также села на диван, сказала:

— Расскажи ей, как умер Артист.

В глазах тети Зины вспыхнул интерес.

— Артист — это кто? — быстро спросила она.

— Альберт Викторович Стеклянников, — хмуро ответил Сашка. — Его убил ворон, как только я произнес ваше имя с фамилией.

Злорадно подметив, как от лица тети Зины отхлынула кровь, он волей-неволей досказал остальное. Заняло у него это не больше минуты, потому что похождения в Мариинском театре он опустил.

— А теперь про демона, — потребовала она, едва он закончил. — Как он выглядел?

— Как тень размером с человека. Улетал с визгом, — сказал Сашка угрюмо. — Ваша очередь отвечать на вопросы.

Однако тетя Зина его уже не слушала. Глядя сквозь Сашку, она прошептала с нежной улыбкой:

— Любимые твари Лавизуса… Ах он паршивец!

Она тихо засмеялась. У Сашки волосы зашевелились на затылке. Ему хорошо был знаком этот смех, он слышал его два года назад в ее подвале. От этого смеха хотелось бежать или прятаться. На щеках тети Зины снова играл румянец, она смотрела на Сашку как ни в чем не бывало.

— Что же, я твой должник, милый, — произнесла она значительно и повернулась к маме. — Мина, одевайся! Я сгораю от нетерпения увидеть Хавелока в суде! — Она опять рассмеялась, но не так страшно. — Предполагая, что он до него доживет.

Мама облегченно улыбнулась, и Сашке стало ясно, что ей было крайне важно заполучить сестру в союзники.

— Мина? — с подозрением спросил он.

— Она тебе всё расскажет, — пробормотала мама, выхватывая из кучи на полу портупею, выбор которой осуществила в мгновение ока по одной ей известным параметрам.

Она скрылась с портупеей в своей комнате, тетя Зина повернулась к Сашке.

— На лошадках ездить умеешь?

Тот кивнул.

— Тогда надевай бриджи, что я привезла, на тебя пойдут, а лошадей добудем по дороге. Да, надень хлопковую или льняную рубашку, другая быстро развалится.