– Что? – Егерь разъяренно обернулся в сторону неожиданно вмешавшейся в муштру девушки. Невысокого роста, стройная, изящная, с длинными черными волосами, она сидела на ограждавшем тренировочное поле высоком заборе, покусывая травинку, и насмешливо взирала на разворачивающееся перед ней действо.

– Кто такая? По какому праву вмешиваешься в обучение? – разъяренным мамонтом взревел капитан.

– Вернетта фон Торас. – Девушка ехидно улыбнулась, продемонстрировав ровный ряд невероятно белых зубов. – А вмешиваюсь просто потому, что смешно стало! И это вы называете хорошей стрельбой? – Она презрительно кивнула в сторону меланхоличного чучела.

– А вы, сударыня, можете лучше? – Голос Крута стал до приторности сладким. Любой егерь из его отряда сейчас стрелой мчался бы прочь от впавшего в ярость командира, однако нахальная девица ничуть не смутилась.

– А то! – Она легко спрыгнула со своего двухметрового насеста, отряхнула простую белую тунику и, слегка покачивая бедрами, направилась к замершему от такой наглости капитану.

– Так, может, вы, сударыня, покажете нам, неумехам, как надо стрелять? – Слова Крута буквально сочились ядом, когда он протянул ей легкий пехотный арбалет с поясным крюком, сама возможность взвода которого столь стройной и явно не переувлекающейся поднятиями тяжестей барышней казалась просто смехотворной.

– Могу и показать. – Девушка явно приняла его слова за чистую монету, проигнорировав скрытый в них сарказм. Она внимательно осмотрела крюк, затем попробовала прицепить его к легкой цепочке из позолоченной меди, заменявшей ей пояс, и неожиданно, неуловимо быстрым движением, сдернула с ближайшего ополченца толстый ремень, к которому по уставу и должен был крепиться крюк. Надев его на себя, девушка довольно улыбнулась и начала стрельбу, причем с такой скоростью, что фон Вилхот только и успел, что ошарашенно моргнуть.

– Р-раз. – Тонкое тело сгибается в пояснице, цепляя крюком тетиву арбалета.

– Два. – Изящная нога крепко упирается в арбалетное стремя, тело разгибается, натягивая тетиву.

– Три. – На ложе падает болт, девушка выпрямляется, ловя в прицел мишень.

– Четыре. – Тяжелый болт, получивший мощный удар тетивы, срывается в недолгий полет, находя свое новое пристанище в набитой землей кадушке заменяющей голову чучелу-мишени, и все повторяется снова.

Десять стрел были выпущены менее чем за три минуты, и обалдевший капитан лишь переводил взгляд с хрупкой фигуры на торчащие из длинной жерди, на которую было насажено чучело, арбалетные болты. Деревянная «голова», не выдержав ударов, развалилась на части, и последние два болта были всажены в толстую сосновую жердь, игравшую роль «шеи».

А представившаяся Вернеттой невозмутимо сняла с себя пояс и вернула его ограбленному пехотинцу.

– Это невероятно! – выдохнул пораженный капитан. Давно и тщательно изучавший боевые искусства и стрельбу в особенности, фон Вилхот мог оценить продемонстрированный ему класс стрельбы. Еще бы! Ведь именно стрелковое мастерство составляло весь смысл и цель его жизни, и до сих пор он по праву считал себя лучшим стрелком Фенриана.

– Это несложно, – усмехнулась девушка. – Шестьдесят метров – дистанция детская! Вот на ста – пришлось бы поднапрячься.

– Это невозможно! – холодно отвернулся от нее егерь. – Дальнобойность данного арбалета восемьдесят метров. Стрела просто не долетит! Каким бы мастером стрельбы вы ни были, на ста метрах вы не попадете даже в стену!

– Спорим? – улыбнулась девушка. – На желание?

Несколько мгновений фон Вилхот колебался. Он не очень-то любил всякого рода споры, однако сейчас желание несколько осадить нахальную девчонку победило. В конце концов он сам пристреливал этот арбалет и хорошо представлял его возможности. Сто метров дистанции лежали далеко за ними.

– Спорим! – наконец решился он. – В случае если вы сможете всадить хотя бы пять стрел из десяти в чучело на ста метрах, обязуюсь выполнить любое ваше желание, но если вы этого не сможете сделать, то… – он ехидно осмотрел изящную фигурку, – вы проведете со мной пару-тройку «индивидуальных занятий» в моей квартире. – При этих словах со стороны ополченцев послышались смешки.

– Договорились, – девушка вернула капитану его же оценивающий взгляд. – Помните: ЛЮБОЕ желание.

– Клянусь честью! – Фон Вилхот усмехнулся и широким жестом указал на предназначенный для упражнения с луком барьер. – Прошу к рубежу! – в рифму произнес он.

Вереена злорадно усмехнулась. Насколько она помнила предоставленные мейсером Квирином характеристики, слову чести этого капитана можно было доверять целиком и полностью. Люди такого типа скорее повесятся, чем нарушат клятву. Тем более данную публично.

– Лэр Торне! Лэр Торне, откройте! – Настойчивый стук лакея оторвал капитана Джарвиса Торне от самого приятного и любимого дела на свете. С сожалением взглянув на красавицу-куртизанку, старательно отрабатывающую заплаченную ей непомерную сумму, он недовольно крикнул: