– Пока три, сэр: один – зиторов, два – хошанов.

– Мы можем проскользнуть мимо них незамеченными?

– Не зная точно их сенсорного радиуса, сказать невозможно. Судя по дистанции между ними… Сэр, четвертый корабль, принадлежащий зиторам, только что вошел в сенсорную зону.

– О чем вы говорили?

– Я говорил, что они идут на определенном расстоянии друг от друга. Если их сенсоры перекрывают это пространство, то пройти незамеченными нам не удастся.

– А если нас обнаружат, мы сможем уйти?

– Сможем… пока держатся кристаллы.

– Предположим, они обнаружили «Энтерпрайз» и преследуют его. Сколько времени у нас будет на поиски ворот, прежде чем нас догонят?

– При максимальной гиперскорости, которую называл мистер Скотт, мы будем располагать примерно одним днем.

Кирк резко поднялся.

– Отправляемся, мистер Зулу. Скотти, спускайтесь к себе вниз и позаботьтесь о кристаллах. Мистер Спок, возвращайтесь в свою рубку и проверьте сеть: нет ли в ней дырок. Если нет, найдите слабые места, а там решим, что нам делать.

– Не могу не указать, капитан, – сказал Спок, когда они уже направлялись к турболифту, – что даже если мы успешно прорвемся через созданный хошанами и зиторами барьер, это вовсе не означает, что нам повезет и в поисках ворот.

– Ваша озабоченность понятна, мистер Спок. Но раз уж речь зашла об этом – не так мы и бессильны. Даже используя фазеры на половину мощности, «Энтерпрайз» может проделать дыру в любом барьере, который они установят.

– Но всех их сразу нам не одолеть, капитан, – вмешался главный инженер.

– Понятно, мистер Скотт. Чуточку удачи и нам не помешает. Вы только поддержите кристаллы в рабочем состоянии.

Прошло двадцать минут. Спок поднял голову от приборов.

– Они знают, что что-то прошло мимо них, капитан, но на том расстоянии, которого мы придерживаемся, их сенсоры не способны отличить идущий с выключенными двигателями звездолет от небольшого астероида. Тем не менее, один корабль вышел из строя и приближается к нам. Чтобы уклониться от встречи, придется включать гипердвигатель, а на таком расстоянии они смогут засечь его работу.

Кирк недовольно поморщился.

– Попытка была неплохой. И у нас все же есть еще двадцать четыре часа. Вперед, мистер Зулу, на максимально допустимой гиперскорости. И Скотти… – Он помолчал, недовольная гримаса исчезла, уступая место усмешке. – Ты знаешь свое задание?

– Да, капитан, знаю, – донесся голос главного инженера, – и сделаю все, что в моих силах.

Еще до того как «Энтерпрайз» сбросил гиперскорость, стало ясно, что за время их отсутствия на планете произошли изменения.

– Энергетический источник, работающий на антивеществе, который мы обнаружили тогда, сейчас работает на полную мощность, капитан, – сообщил Спок.

– Оружие?

– Пока не отмечено, капитан.

– Мистер Зулу, поднимите оставшиеся дефлекторы и дальше идите на импульсном двигателе.

– Есть, сэр.

– Лейтенант Ухура, что на подпространственном уровне?

– Никакой активности, капитан.

– Продолжайте прослушивание всех частот, но соблюдайте радиомолчание. Мистер Зулу, максимальное увеличение. Возьмите в фокус место, расположенное над энергоисточником.

– Готово, сэр.

Планета, представшая перед ними на экране, выглядела так же, как и раньше, ничем не отличаясь от десятков других обезображенных миров, которые они видели. Практически лишенная воздуха, пропитанная радиацией, с поверхностью, столь обожженной, будто давным-давно ее вынули из какой-то космической духовки. Все покрыто страшными шрамами.

– Сенсорная активность, капитан, – сообщил Спок, приникая к приборам. – Они сканируют нас устройствами, не менее чувствительными, чем наши.

– Полный стоп, мистер Зулу! Спок, по-прежнему никаких показаний о подготовке оружия?

– Нет, капитан.

– Возможно, они экранированы? Если их технология превосходит нашу, то могут же фазеры или другое оружие быть укрыты под экраном?

– Возможно, капитан, но никакого экрана я тоже не могу обнаружить. И никаких следов выхода на поверхность – пять километров сплошной породы. Тем не менее, наши сенсоры определенно дают информацию о наличии жизни.

– Сходную с прежней?

– Нет, капитан. Те сигналы были слабее, эти – вполне обычные. Регистрируется наличие живых существ.