– Это маловероятно, – покачал головой Траун. – Так получилось, что Соло терпеть не может дроидов и не позволит им путешествовать на борту своего корабля, разве что в порядке невероятного исключения. Таким исключением является дроид Скайуокера и его золотошкурый приятель, но благодаря вашим данным нам известно, что он остался на «Тысячелетнем соколе».

– Да, сэр, – вконец запутался Пеллаэон, но спорить было бесполезно. – Лучше я пойду отдам приказ проследить за «Госпожой удачей».

– В этом нет необходимости, – удовлетворенно сказал Траун. – Я и так точно знаю, куда направляется Лейя Органа Соло.

– Вы шутите, сэр? – в голосе Пеллаэона звучало безграничное удивление.

– Я серьезен как никогда, капитан, – спокойно возразил Траун. – Подумайте, для Соло и Лейи нет смысла перебираться на «Госпожу удачу». «Тысячелетний сокол» быстрее и намного лучше защищен. Эта процедура имеет смысл только в том случае, если на «Госпоже удаче» находятся вместе Лейя и вуки. – Траун улыбнулся Пеллаоэну. – В таком случае, есть только одно место, куда они могут направляться.

Пеллаэон посмотрел на дисплей, чувствуя небольшое просветление в мозгах, но логика адмирала делала свое дело:

– Кашиийк?

Траун кивнул головой:

– Кашиийк. Они знают, что им так просто не ускользнуть от наших ногри, поэтому они решили столкнуть их с вуки, и пока те будут разбираться между собой, «Госпожа удача» преспокойно улизнет.

Пеллаоэн содрогнулся. Он однажды был на борту имперского корабля, отправленного на Кашиийк для пополнения армии рабов.

– Что-то здесь не так, адмирал, – засомневался он. – Кашиийк гиблое место для человека; кроме того, вуки очень агрессивные и способные бойцы. В здравом уме и твердой памяти отправить в такую дыру беременную жену... Этот Соло безумнее динко в летний период.

– Если говорить об агрессивности и способностей вуки, то наши ногри не хуже, – констатировал Траун. – Что касается безумия Хэна Соло, думаю, решение было коллективным творчеством. Теперь о Скайуокере: если верить К'баоту, то наш юный джедай во всю мощь двигателей должен спешить на Йомарк...

– Это так, – подтвердил Пеллаэон. – Его курс прослеживается именно в этом направлении, если он не изменил его, оказавшись вне зоны действия наших радаров.

– Нет, он направляется туда, – усмехнулся Траун. – Наш мастер именно это сказал, не так ли? – Гранд адмирал взглянул на часы. – Мы отправляемся на Йомарк немедленно. Сколько времени у нас в запасе?

– Как минимум, четыре дня – это в том случае, если допустить, что «крестокрыл» Скайуокера не был модифицирован. Все также зависит от того, сколько остановок ему придется сделать.

– Он не будет делать остановок, – заметил Траун. – Для путешествий на долгие расстояния джедаи используют состояние транса. Впрочем, четыре дня для нас будет более чем достаточно.

Он удобно разместился в своем кресле, зажег в комнате свет, и голографические изображения погасли.

– Нам понадобятся еще два корабля, – приказал Траун Пеллаэону. – Крейсер-тральщик и какое-нибудь, желательно, ненужное грузовое судно.

– Ненужное, сэр? – переспросил Пеллаэон.

– Именно так, капитан. Мы разыграем отличный спектакль для одного зрителя. Обставим нападение как чистую случайность, ну, скажем, возникшую в ходе обследования грузового корабля повстанцев. А «крестокрыл» Скайуокера совершенно случайно окажется поблизости. Все будет выглядеть, как простая формальная проверка. Таким образом, мы всегда сможем отдать джедая К'баоту, если захотим, конечно. И ни одна сторона не сможет нас обвинить в преднамеренности.

– Понимаю, сэр, – кивнул Пеллаэон. – С вашего разрешения, я отдам приказ о подготовке «Химеры».

Он развернулся, чтоб уйти... и резко остановился: на полпути к выходу стояла одна из скульптур, не исчезнувшая вместе с остальными, – причудливо изогнутая застывшая волна чужеродного океана.

– Да, – раздался за спиной капитана голос Трауна. – Она, действительно восхитительна. И совершенно настоящая.

– Она... великолепна, – только и сумел выдавить Пеллаэон.

Скульптура странным образом завораживала, притягивая взгляд в первую очередь своей чужеродностью.

– Не правда ли? – продолжал Траун. Его голос был печален. – Моя единственная неудача. Тогда я только начал через произведения искусства понимать психологию рас. По крайней мере, пытался... Увы, их я начинаю понимать только сейчас.

– Я уверен, в этом вопросе у вас все впереди, – дипломатично предположил Пеллаэон.

– Сомневаюсь в этом, – тем же тоном отозвался Траун. – Я уничтожил их мир.

Пеллаэон судорожно сглотнул.

– Я, пожалуй, пойду, сэр, – выдавил он, направляясь к выходу.