Приближается стык эпох, а это всегда взлет нравственных и духовных исканий человечества, время, когда пересматривается все, и выплавляются новые формы. "Гермес" - форма старая. Он вовсе не претендует на роль премудрого цадика, которому все ведомо и все равно. Это просто ступень, выщербленная и кособокая. Попытка осознать. И попытка постичь. Но постичь - невозможно. И потому роман мой "Гермес" - химера, по выражению Рабле, "в пустом пространстве жужжащая".
