В ее глазах вспыхнула не поддельная страсть и губы еле заметно прошептали сладострастное: «хочу»…

До самого утра мои друзья сидели взаперти, а я выполнял неотложное дело нашей хозяйки. Утром я проснулся от того, что слетел с кровати, стены гудели, по полу ползла огромная трещина, потолок вибрировал. Лампочки мигнули и загорелись чуть слабее, видимо включилось аварийное питание. Путана свалилась на меня, протирая заспанные глаза. На удивление ситуацию она оценила молниеносно:

— Части ограждения сравняли верхние этажи с землёй, теперь теоретически мы не существуем. Мы похоронены внутри. И это всё из-за меня. Я погубила город-дот.

— Успокойся, — я погладил её по щеке, — пойдём освободим моих друзей, теперь мы все равны. Решим как быть дальше. И ещё я тебе не представился. Я — Сергей Славин.

— Для всех вас, я просто — Путана.

Гадоид и слизняк, когда мы вошли в их камеру, даже не поднялись. Они всю ночь на пролёт резались в карты.

— Ребята, — напомнил о себе я, — вот и я.

— Она хорошо путалась между твоих ног? — От демона исходили лучи саркастического недовольства.

— Он не виноват, — заступилась за меня Путана, ведь это я взяла вас в плен. Теперь я вас выпускаю, только вот идти не куда, ночью верхние этажи сравняли с Землёй.

— «Выстрел из гроба», чудесно, ах какой можно было бы написать репортаж, — Фуни продолжать раскладывать карты, — не плохо бы пожрать, а то за ночь нам чуть было не пришёл полный звездец. И однозначно, не мешало бы вам, леди, изволить объясниться. Рассказать о том, о сём, куда девался личный состав, например, показать нам основные помещения. А то мы погуляли по коридорам без проводника и еле-еле нашли дорогу в свою камеру. Пусть у вас, уважаемая, не вытягивается лицо, просто вы забыли, что у вас всего-навсего переносной М-генератор. А это означает, что наш демономаг не может превратить вас в царевну-лягушку, но всех остальных — п-о-ж-а-л-и-с-т-а. Это я где-то читал…

— Хорошо, — Путана опустила ствол десинтора, — но учтите, хозяйка здесь я. Понятно?

— Жрать, жрать, за жратву, на все готов, — продолжал издеваться Фуни, — о, веди нас, великолепнейшая, я буду жрать из твоего мусорного бачка. Фуни строил рожицы и усердно жестикулировал, гадоид стоял около столика и загадочно улыбался. А Фуни продолжал свои жлобисткие выходки, Путана чуть не плакала. Кроме того, он все время стрекотал своим приборчиком, напоминающим фотоаппарат.

— Ладно, хватит, — я погрозил кулаком обоим, — давайте заключим перемирие. Теперь мы все союзники.

— Я приношу извинения за вчерашнее, — шмыгая носом проговорила девушка. В конце концов, я вас не звала сюда…

Столовая города-дота была полностью автоматическая, скрипучие робостюарды, застиранные скатерти и такое разнообразие блюд, что я первый раз за время службы объелся. Слизняк и демон заказали свои любимые блюда, и тоже с головой ушли в еду. Путана пила кофе с коньяком и с любопытством наблюдала за нами. Меня искренне радовало, что она тоже с Земли, правда, из начала двадцатого века и ещё в добавок — филипинка.

— Если я отключу свой М-генератор, — она лукаво посмотрела на гадоида, — ты сможешь сотворить заклинание, что бы я вас не гуманоидов, видела как людей?

— Я против, хочу иметь свой собственный облик, — Фуни прекратил трапезу и изменил свой серый цвет на перламутровый.

— Не волнуйся, только гуманоиды нас будут принимать за своих, — ЛАН-Гу-пп говорил не переставая жевать, — лопай из своего мусорного бачка.

— Тогда и Серг нас увидит другими.

Это было бы очень интересно, — я посмотрел на Путану, — уважь просьбу женщины. Ваше настоящее обличье я и так знаю. А взамен мы послушаем, что же здесь всё-таки произошло.

Демон потрогал свой пентакль, скрестил руки, вытащил свои ложно глазки. И один из робостюартов вдруг рассыпался по шестерёнкам. Слезла краска со стен. Непонятно откуда-то взявшийся ветерок разлохматил мои волосы, задрал подол платья Путаны.

— Ой, я кажется что-то напутал. — Гадоид перевернул пентакль на сто восемьдесят градсов и повторил операцию. — Теперь нравимся?

Теперь перед нами сидели два пожилых джентльмена, демономаг стал высоким и худым, как жердь, с кисточкой чарличаплинских усов под орлиным носом и красно-пропитыми глазами. Слизень походил теперь на толстячка с обрюзгшим лицом, большого любителя пива. Нос картошкой, губы в трубочку, словно всегда готовые к поцелую. Я еле сдерживал смех, где это он интересно, таких образов набрался?

— Прелестно, — девушка довольно рассмеялась, — благодарю, вас теперь легче воспринимать, сейчас вы узнаете, что случилось.

Путана на мгновение замолчала, а я разглядывал интерьер столовой. Огромные, уже поблекшие от времени фотографии-плакаты с надписями: «Бей красных, бей белых, бей зеленых… Да здравствует Бастион Духов!». Интересно, что это за таинственный Бастион? За плакатами ряд изображений различных особ в парадных мундирах с аксельбантами, наверняка бывших командиров Города — Дота, ещё свежая надпись над раздаточным автоматом: «Секс — двигатель солдата!». В углу стоял огромный земной телевизор с треснутым экраном, рядышком обломки какого-то устройства, по видимому видеомагнитофона. У меня сложилось такое мнение, что здесь, до нас лет десять никто не обедал. Я всё еще мысленно улыбался, глядя на искусственный облик своих друзей. Вдруг, перед глазами всплыли глаза еще живой, отстреленной головы, которую я видел у лифта. Затуманенный взор тогда остановился на мне. Последний взгляд мертвеца — проклятие для того, на ком он остановился, эта мысль пришла ко мне только сейчас. А может быть, мне только показалось, что голова была еще жива, и видение — результат моего уставшего мозга?