Завтра придется звонить и рассказывать о случившемся маме и сестре…

Чтобы хоть как-то сбросить с себя комок ужасных мыслей, он набрал телефон госпиталя, представился и попросил связать его с дежурным патанатомом. Пришлось несколько минут подождать. Потом голос на другом конце назвался и заговорил:

— Я только что закончил экспертизу, завтра утром мы доставим официальное заключение к вам в управление, но сомнений нет — это укус гремучей змеи. Осенью их яд особенно интенсивен, к тому же укус пришелся прямо на несколько крупных сосудов, так что потеря сознания должна была произойти секунд через восемь-десять, и почти тут же — смерть.

Сержант Фолби заехал за ним в восемь утра. Тут же на переднем сиденье расположился Дик Терье.

Гамильтон хмуро поздоровался, готовясь к неприятной процедуре — надо было прибыть на место происшествия, где по всей форме составят протокол о случившемся, и не явиться при таких обстоятельствах лично самому было бы просто непристойно.

Фолби протянул ему стопку сделанных при ночном осмотре фотографий. Девочку к тому моменту унесли в дом, но место, где она лежала, было обведено меловым контуром. На других снимках в стороне от дорожки к дому виднелись освещенные фотовспышкой следы на влажной темной травянистой почве. Отдельно был зафиксирован оставленный на дорожке футляр со скрипкой… Гамильтон некоторое время внимательно разглядывал снимки, и что-то в них ему не понравилось.

— Змею, конечно, не нашли, — пробурчал он и, не получив ответа, вспыльчиво проговорил: — Я спрашиваю, обнаружили змею или нет?! — Раздражение, конечно, не было уместным.

— Никак нет, сэр, — умышленно выделяя каждое слово, проговорил сержант, — змею обнаружить пока не удалось.

— Пока не удалось, сэр, — подтвердил Терье, хотя его-то никто не спрашивал.

— Ну ладно, — сказал примирительно Гамильтон, — это ведь мне, а не вам сейчас с родителями разговаривать.

Они все трое вышли из машины, и лейтенант, нажав кнопку звонка у калитки, тут же толкнул ее и пошел по дорожке внутрь.

Входная дверь открылась и на пороге появился Билл Уолтер. Он был в черном траурном костюме, как будто похороны уже начинались.

— Если вам не нужно больше тело для экспертизы, Фрэнк, — заговорил он сразу, — я хотел бы похоронить Джейн сегодня, во второй половине дня. Жену приходится держать под сильными подавляющими психику препаратами, долго этого делать нельзя, а в нормальном состоянии она не выдержит всю эту процедуру похорон.

— Конечно, Билл. Заключение у нас уже имеется. Как Мэри?

— Через каждые полтора часа спрашивает: «Джейн мертва?». Я говорю: «Да, мертва» и заставляю ее выпить новую таблетку. Я заказал катафалк на четыре часа…

Гамильтон кивнул головой и сжал его руку:

— С нашей стороны не будет никаких задержек, Билл, но я вынужден еще попросить вас подписать протокол.

— Да, я понимаю.

— И будьте любезны показать нам футляр от скрипки, — раздался вдруг сзади высокий голос Терье и Гамильтон резко повернул голову. — Футляр, сэр, — извинительно сверкая белками, повторил Терье.

Судя по выражению лица сержанта Фолби, тот уже вознамерился дать новичку затычину, но тут же схожая мысль заставила Гамильтона повернуться к Уолтеру:

— Да, Билл, если нетрудно, вынесите нам футляр на минуту.

— Хорошо, я сейчас, раз нужно…

Гамильтон услышал, как Фолби сзади удивленно крякнул.

Еще через минуту Уолтер вышел с черным кожаным футляром в руках и протянул его Фрэнку. Тут же из-за его плеча попробовала высунуться черная физиономия Дика, но тяжелая лапа сержанта убрала ее назад.

Лейтенант внимательно осмотрел футляр… очень внимательно… Новенькая кожа, абсолютно ровная, нигде ни царапины.

— Спасибо, Билл. Сержант, покажите, пожалуйста, где надо расписаться господину Уолтеру.

Пока Фолби вынимал протокольный бланк, а Уолтер расписывался, он еще раз проглядел фотографии, отметил расстояние от дорожки до ближайших розовых кустов и то место, где потом упала несчастная Джейн: Снова не все получалось, но теперь уже было понятнее — что.

— Ты проявил проницательность, Дик, — похвалил его Гамильтон, садясь в машину, — если бы девочка столкнулась со змеей на дорожке или случайно на газоне, она бы конечно стала защищаться футляром и на нем остались бы следы.

— Странно получается, — проговорил Фолби, запуская мотор, — значит, Джейн не уронила футляр, а положила на дорожку и пошла к кустам. Спрашивается — зачем?

— А, может быть, она из тех, кто не боится змей? — затараторил Терье. — Я знал таких людей, которые любят всяких пресмыкающихся, пауков…