Забава ждала их, вальяжно развалилась на каменном троне, достойном царицы. На коленях у неё сидел дрожащий Ветер и у горла его блестел нож. Едва Игла с Даром вслед за солнцем взобрались на галерею, она закричала:

— Хоть один звук сорвётся с ваших губ и мальчишке конец! Стойте, где стоите!

Они замерли, боясь пошевелиться. Игла с ужасом смотрела на Ветра, шея и одежда которого были покрыты кровью, но он был жив! Жив! Сердце Иглы взволнованно забилось: они успели!

— Прекрасно, — расплылась в улыбке Забава, видя их послушание. — А теперь я расскажу вам немного о правилах этой части нашей весёлой игры. Пока мы с мальчиком вас ждали, я немного над ним поколдовала. Смотрите внимательно. — Она наклонилась к уху Ветра и не отрывая довольного взгляда от Дара, сказала. — Яда.

Ветер дёрнулся, затрясся в судорогах. Из носа его хлынула кровь, глаза закатились и он начал заваливаться на бок. Забава не стала его удерживать, и Ветер упал на бок. Игла дёрнулась в его сторону, но Забава выставила перед собой нож.

— Я сказала, стойте, где стоите.

Игла замерла, с ужасом глядя, как корчится в судорогах Ветер. Забава поднялась с трона, брезгливо отряхнула платье и, небрежно переступив через Ветра, подошла ближе.

— Я уже вдоволь испытала эти чары, поэтому, боюсь, ещё одного звука моего имени мальчик попросту не выдержит. — Она облизала губы и обвела Иглу и Дара остриём ножа. — Надеюсь, теперь мы обойдёмся без глупостей? — Она приложила ладонь к уху. — Не слышу.

— Да, — кивнул Дар, стиснув зубы. — Без глупостей.

— Вот и отлично. Тогда, продолжаем! — Забава радостно хлопнула в ладоши, а потом раскинула руки и ослепительно улыбнулась. — Поздравляю! Вы прошли моё испытание и добрались до са-а-амой вершины башни до рассвета! — Она понизила голос и, прикрыв рот ладонью, снисходительно покачала головой. — На самом деле, вы совсем немножко опоздали, но мы никому не расскажем. — Она подмигнула Игле и вновь продолжила торжественно и громко. — И теперь мы с вами выясним, кто достоин покинуть эту башню живым!

— Что ты сделала с Ветром? — спросил Дар, пропуская мимо ушей её болтовню.

— Ты про моё чудесное маленькое заклинание?

— Я про рану на его горле.

— А, это, — Забава тут же потеряла интерес к вопросу. — Я не могла рисковать, сам понимаешь, дети такие болтливые. Пришлось подрезать ему связки. Но не переживай, я его уже подлатала, мальчишка не помрёт, но и докучать своей болтовнёй больше никому не будет. Не стоит благодарности.

Игла сжала кулаки от ярости. Нужно было что-то делать. Пусть они больше не могли использовать истинное имя Забавы, но у них был серп Морены. Нужно лишь отвлечь её от Ветра и подобраться ближе. Звучит просто, но как это провернуть? Краем глаза Игла заметила, как Дар медленно, почти незаметно продвигался вперёд.

— Забава, давай поговорим, — тут же привлекла к себе внимание Игла.

— Поговорим? — Белые глаза уставились на неё с издёвкой. — Мы не разговаривать сюда пришли, а поиграть.

— Я уверена, всё ещё можно решить мирным путём. — Игла подняла руки, демонстрируя пустые ладони. — Ты... ты отомстила, — она поджала губы, стараясь удержать слёзы. — Ты забрала у нас Ласку. Она была ни при чём, как и Ветер, поэтому, прошу, отпусти его и мы уйдём...

Заба прыснула.

— Нет. Нет-нет-нет-нет. Жизнь Баяна нельзя окупить парочкой ваших жалких друзей. Боль, которую я испытала от его потери, нельзя окупить смертью этих дворняжек! — взвизгнула она, указывая пальцем на Ветра, а потом перевела взгляд на Дара. — Я отниму у тебя всех, кто тебе дорог. Всех! И заставлю смотреть за их мучениями, как ты заставил смотреть меня!

Забава топнула ногой, и галерея изменилась. Всё вокруг заросло чёрной, лишённой листвы лозой: пол, колонны, широкие окна. Игла вскрикнула, пытаясь не дать лозам поймать себя, но те быстро обвивали лодыжки, взбираясь всё выше. Вспыхнуло пламя, Игла повела руками, отгоняя хищные лозы от себя и Дара, но вот Ветру помочь не успела. Ветви оплели его и скрыли под собой. Жечь их Игла не решалась, действуя в слепую, она могла сильно обжечь Ветра. Тем временем изменилась и сама Забава: изумрудное платье сменилось красной свадебной рубахой, на голове изогнулся венец из рябины и тёмных цветов льна. В одной руке она держала топор Баяна, а в другой крупное человеческое сердце.

— Всё, что осталось от моего любимого брата, — проворковала она и нежно поцеловала мёртвое, отливающее синевой сердце. Она оскалилась на Дара. — Всё, что ты мне оставил!

Развернувшись, она осторожно уложила сердце на трон.

— Оно с наслаждением будет наблюдать за тем, как я разделаюсь со всеми вами.

Дар времени не терял, бросился к ней, замахиваясь когтями. Но достать не успел. Забава развернулась, заслоняясь топором. Металл встретился с металлом, высекая искры. Дар напирал, надеясь продавить её защиту, но Забава не уступала. Она весело улыбнулась, глядя ему в глаза.

— Нет, милый братец. Играть мы будем по моим правилам, — облизнула губы и медленно произнесла. — Златея, подойти к окну и поднимись на парапет.

Тело Иглы свело судорогой, ноги сами понесли её к окну. Лицо Дара вытянулось от ужаса, и это развеселило Забаву ещё больше.

— Эти лозы взращены на моей крови, — громко зашептала она. — Я видела и слышала всё, что видели и слышали вы в своих жалких и до одури скучных грёзах. Дар. На колени!

Ноги подогнулись, и Дар со стоном упал. Забава наклонилась к нему, облизнулась и нежно погладила по щеке.