Шрифт:
Я растянулся в мучительной улыбке, а потом послушник положил мне в ладонь золотой артефакт. Изящный круглый медальон с нарисованными звёздами, солнцем и луной.
— Этот артефакт мгновенно перенесёт тебя ко мне, если переломить да подпитать огнём. Но только тебя!
И вот здесь хозяин моих глаз растянулся в улыбке, окончательно поверив, что господин и вправду спасёт ему жизнь. Сам же я с трудом удержал себя в видении, едва не расхохотавшись — если бы Деметриус представлял себе ценность этого артефакта, то догадался бы, что обычной пешке такое не отдадут.
— А что мне сказать остальным? — всё же спросил я, с волнением вешая медальон на шею.
— Это твои проблемы. Обмани, придумай что-нибудь, но мне нужны убийства. Золото дам, купи их. А с догадливыми спорить не надо, от них избавляться надо… Да ты и сам знаешь, полукровка.
И он отсыпал мне больше золота. Вложил ещё пару защитных амулетов, объяснив, от чего они.
А потом, крепко задумавшись, вытащил ещё бутылёк. Моего носа коснулся запах чеснока.
— Полукровка, — явно сомневаясь, сказал он, — Хоть это и маловероятно, и я сам не верю в эти сказки, но… хм-м… повелитель волнуется…
— Его величество светлейший Тянь Куо может не сомневаться, я выполню любое его поручение, — начал я петь дифирамбы.
— Да, да, его величество… — хмыкнул послушник, — Вот что, на тракте может появиться бросс… или лиственники… Они ни в коем случае не должны выжить!
Глава 6
Деметриус, из разума которого я так чётко наблюдал видение, заметно удивился.
— Господин, вы уверены?! — вырвалось у меня, — Бросс и… и лиственники?!
В мыслях моего подопытного я увидел причину такого изумления. Оба варианта звучали не то, чтобы фантастично, а скорее абсурдно.
Броссы были известны своим глухим затворничеством, и спуститься с Бросских Гор, да ещё и добраться до Южной Троецарии, чтобы попытаться пройти в Лучевию… Это должен быть какой-то сумасшедший бросс.
У них ведь даже купцов нет, сидят в своём Калёном Щите, да ждут, когда к ним приедет кто-нибудь за товаром… Да ещё и продают не всё, не каждому, и не всех пускают в деревню.
Ну, а лиственники… Как вообще можно бояться лиственников?! Что они могут, прожужжать все уши своими проповедями?
И всё же зря Деметриус позволил себе лишнее красноречие. Потому что улыбка с лица послушника исчезла, и он, сняв с пояса маленькое кадило, грациозно махнул им, оставив в воздухе мазок из белой мерцающей пыли, чем-то напоминающий лезвие кинжала без рукояти.
Затем меня в лице Деметриуса мягко, я бы даже сказал ласково взяли за воротник и потянули на висящую в воздухе пыль. Намертво застывший на одном месте мазок упёрся мне в грудь, протыкая ткань и кожу… Жёлтая мантия тут же обагрилась красным, а я взвыл от боли, понимая, что меня просто убивают, насаживая на лезвие.
Послушник, чьё лицо всего мгновение назад было искажено безумным наслаждением, тут же разжал пальцы, и я свалился на задницу.
— Быть может, мне поговорить с кем-то ещё в твоей банде? — спросил он, — Как думаешь, кто-то другой сможет выполнить мою глупую просьбу?
Моя голова отчаянно замоталась, будто жила отдельно от тела.
— Тогда больше не задавай вопросов, они могут стоить тебе жизни, — и послушник, поведя рукой, просто разогнал застывшее в воздухе лезвие из пыли, как обычное облачко, — Бросс или лиственники, запомнил? Пусть твои люди хоть все подохнут, но должны их убить. А ты ломаешь медальон, который я тебе дал, и отправляешься ко мне. Ясно?
Я глупо заулыбался. «Значит, великий господин ценит меня по-настоящему, раз в первую очередь думает о том, чтобы я смог улизнуть.»
При этом я ещё и ненавидел этого послушника. Ведь сам я тоже был второго ранга, и мы должны быть равны! Так почему он возвышается, а я валяюсь в траве, растирая сопли по щекам?!
Воистину нелепые мысли Деметриуса меня раздражали, но приходилось досмотреть этот спектакль до конца. И я не разочаровался…
— Цзуй Хао! — донёсся нетерпеливый голос со стороны, и правая рука послушника как раз застыла надо мной, разгоняя пыль.
Ага, так вот, значит, как тебя зовут. Признаться, я на мгновение даже подумал, что это и есть тот самый Шан Куо собственной персоной, и был не очень рад, что ошибся. Приятно было думать, что там, в пещере с гарпиями, меня обманул сам лучевийский Тёмный Жрец.
На безымянном пальце у этого самого Цзуй Хао, как раз на внутренней фаланге, я заметил татуировку — едва заметная короткая чёрточка, почти точка. Метка Бездны, принявшей этого послушника в свои подопечные… И она, если этот Цзуй Хао станет Тёмным Жрецом, потом вырастет в Червонное Кольцо.