Тот на секунду задумался, потом довольно кивнул, улыбнувшись:

— Есть!

— Тогда веди!

На месте, определенным под засаду, Юрия посадили за большой выворотень, что возвышался над тропой метрах в семи справа.

— Бо! — обратился к узкоглазому охотнику Нелюбин, — Глухой стрелой! Чтобы живой был, понял?

Тот ощерился в улыбке, совсем скрыв и без того узкие щелки глаз, вытянул из колчана стрелу, на которой вместо наконечника имелась непонятная бобышка. Вроде бы кожаная.

— Листрат! Ты, как всегда — камнем, — подав команду еще одному охотнику, Нелюбин чуть повернулся к подпоручику, — Камни он мечет так, что и ружья ему бы не давать. Ну а вы уж третьего тогда, ваш-бродь. Значит… Дальний — твой, Бо; передний — Листрата. А вам, значит — второй… Нож мечите не ранее Листрата!

Калмык… или — ногаец, шмыгнул влево вдоль тропы — и только его и видели! Охотник-камнеметчик присел метрах в пяти от Юрия за большой ствол дерева. Остальные тоже рассредоточились, но вот куда — Плещеев посмотреть не успел. Присев на одно колено, он постарался расслабиться, прикрыв глаза, уткнулся лбом в один из корней дерева.

«Нож… вот этот, он — самый ловкий у меня. Да, с зазубринкой небольшой. Не снял зазубрину-то, телепень! Ну ничего… нож острый, точенный Некрасом как надо быть!».

Минуты тянулись как сопля из носа — противно, медленно, тягостно.

Плещеев уж забоялся, что может начать сводить ноги — все ж таки поза была им выбрана не из лучших! Но, чу! Вроде бы брякнула железка какая-то. Потом показалось, что он услышал глухой топот копыт.

«Почему-то здесь многие из абреков не подковывают коней! Странно… Почему?».

В голову, как назло — выбрали же время! Полезли глупые мысли. Плещеев закрыл глаза и… вдох-выдох… вдох-выдох… Показалось, что послышался чуть слышимый шорох справа. Немного повернув голову, Юрий приоткрыл глаз. Сосед с камнем в руке, приподнялся и замер, глядя сквозь какие-то лохмы, повисшие на стволе лесного исполина.

«Пора!».

Юрий чуть напряг левую ногу, а правую — медленно подтянул…

— Ха! — как ни старался подгадать момент, бросок охотника был неожиданным.

Выпрямившись во весь рост, подпоручик поймал взглядом откинувшегося в седле всадника. Следом за ним…

«Вот он — мой!».

Бросок вышел — как на картинке! Загляденье, а не бросок! Нож вошел точно в плечо второму абреку, и тот с гортанным вскриком повалился из седла.

Глухой удар! И третий свалился, успев, правда, перед этим потянуться за ружьем у передней луки седла.

«Есть!».

Порскнули, как зайцы из-под деревьев охотники, навалились на разбойников. Плещеев выдохнул, помотал головой, стараясь унять застучавшую в висках кровь. Поднял голову и, вытащив на всякий случай бебут из ножен, вышел на тропу.

— Молодец, ваш-бродь! Вот куда надо — туда и попал. Не то что некоторые! — сплюнул в сторону Нелюбин, протягивая подпоручику метательный нож, уже вытертый об одежду раненого.

— А что случилось? — подпоручик подошел ближе.

— Да этот… абрек один, похоже, башку свернул, когда падал! — покачал головой унтер, — Бо! Ну как так-то? Что ж ты его… не мог поаккуратнее выбить?

Тот покачал головой, улыбнулся:

— Кысмет, однако!

— Кысмет, кысмет… тут мы у них — кысмет! А так… сбежал, сволочь! Легко отделался, паскуда!

Охотники, ловко спеленав захваченных, споро грузили их на коней поперек седел, вязали по рукам-ногам.

«Интересно они им рты заткнули: как хищным зверям — палку поперек рта, кожаными ремешками на затылке стянули. И не закричишь, и не укусишь!».

— Куда сейчас? — спросил Плещеев Макара.

— Куда? Да отбежим немного… версты полторы — в сторонку. Да пообщаемся с этими… Вы, ваш-бродь, наверное, берите казачков, да топайте на пост. Тут уж не заблудитесь. А и мы скоренько туда же подтянемся!

— Не… Не пойдет! Я, может, тоже у этих кое-что спросить хочу! — помотал головой Юрий.

Нелюбин пару секунд вглядывался в подпоручика, потом качнул головой:

— Дело — ваше… Только… некрасивое это все.

— Ничего, переживу! — упрямо наклонил голову Плещеев.

Отбежали они, как сказал Нелюбин и впрямь — версты полторы. В сторонку, где, как сказал один из охотников, ни дорог, ни троп. Еще один распадок. Осмотрелись — никаких следов вокруг вроде бы не было. Часть разведчиков снова заняли позиции, обеспечивая безопасность товарищей, давая им возможность… нужным делом озадачиться.