Шрифт:
— Я вижу тебя, — прошептал он тихо, словно боясь разбудить других спящих. — Такая Сила… Это ты воюешь с нами, ты посылаешь против нас своих воинов?
Цапля покачала головой. Костер опять разгорался, и в пламени его вставали все новые образы.
— Это все твой сын. Ты ведь знаешь его, да? Тот, что рожден в крови.
— Нет, я не знаю его.
— Это совсем уж худо. Я думала, ты видел его в своих грезах. Он Сновидец, но только отчасти проблесками величия. Он никогда ничему не учился, и он слишком нетерпелив и порывист. Он мчится вперед как карибу, укушенный мухой, и не думает о последствиях.
— Что же он может сделать с нами?
— Он погубит твой Народ.
Он почуял в сердце холодок ужаса.
— Как? Ваш Народ слишком скуден числом, чтобы противостоять нам. Он не сможет.
— Не он один. Почему ты не спрашиваешь про второго сына?
На лице его выступили капли холодного пота.
— Мальчик с радугой. Ты… знаешь его?
— Волчий Сновидец, — прошептала она со странным почтением в голосе. — Он могуч, человек из Других. Так могуч, как я могу только мечтать.
— Он объединится с братом, чтобы погубить нас? — Ледяной Огонь уверенно покачал головой:
— Не выйдет. Все ваше колдовство не поможет. Мы закопаем их-и тебя тоже — в снег. — Но лицо его выдавало страх, и он знал это.
Она удивленно покачала годовой:
— А знаешь ли ты, что прежде, давным-давно, твой и мой Народы были единым целым? Что мы происходим от одного племени? Так должно быть и впредь.
— Один Народ? — Он вслушался в ее голос. Она не шутила! — Тогда… почему же мы раскололись?
— Из-за Снов. Ваши племена прогнали нас прочь, потому что боялись нашего колдовства. Вы считали, что мы можем вынуть из человека душу и послать ее блуждать в чистом поле. Потому-то ты сейчас единственный Сновидец во всем Мамонтовом Народе. Вы истребили своих «колдунов» со всем потомством. Дурачье…
— Мы не убили эту Силу, — прошептал он. Сердце его содрогнулось, когда она упомянула о его сыновьях. — Мы отдали ее вам.
— Великий дар, но вам это принесет погибель. Гнев и страх причудливо смешались в его душе. Он воздел к небу кулаки и воскликнул:
— Как это случится? Скажи мне!
— Твои сыновья идут за тобой. С разных сторон, но идут.
Угли вспыхнули и зашипели, словно на них брызнули водой. Пламя погасло. Сон прервался.
Сложив руки на груди, он опустил голову и поежился от подступившего холода.
— Мои сыновья…
40
Волчий Сновидец стоял на вершине гребня, окутанной облаком пара, и глядел на Народ, идущий к нему по равнине. Сердце его задрожало. Они вернулись, живые и здоровые! Он пригляделся, высматривая старых друзей.
Снег серой пеленой лежал на бесконечной равнине. Облаком поднимался он за спиной Издающего Клич, который вел свой отряд через могучие ледниковые валуны. Ветряная Женщина била ему в спину, обжигая его своим пронзительным дыханием. Заметно похолодало — уже подступал вечер.
До Волчьего Сновидца донеслись голоса из долины.
— Думал, мы уж не дойдем! — произнес Поющий Волк и, улыбнувшись, указал на облако пара, стоящее над гейзером Цапли. — Все шло к тому, что буря настигнет нас в дороге.
— Это же Волчий Сновидец! — воскликнул Издающий Клич, махнув ему рукой.
Тот помахал рукой в ответ. Улыбка осветила его обветренное лицо. Отряд стал подниматься в гору, навстречу ему.
— Ну, — сказал Поющий Волк, гордо надув щеки, — наконец-то мы здесь! Не скажу, сколько раз вспоминал я об этой маленькой долине! — Он с улыбкой повернулся к своему родичу:
— Рад видеть тебя в добром здравии, Волчий Сновидец!
— И я тебя также, — ответил тот, нежно обняв Волка за плечи. — При виде тебя на сердце теплее. Как прошло Обновление?
Поющий Волк обменялся взглядами с Издающим Клич и, нахмурившись, опустил глаза.
Волчий Сновидец окинул толпу напряженным взглядом. Сколько новых женщин! Он внимательно поглядел на них: все они молчали, у всех на плечах лежала тяжелая поклажа — и у всех в глазах горела ненависть. Все собаки были навьючены, даже щенки. Зачем столько поклажи для обычного сезонного кочевья? Он взглянул на Мышь, недавно снова вышедшую замуж за Три Осени Ее волосы были коротко острижены. Он быстро оглядел весь отряд. Сколько вдов!
— Что случилось?
— Народ в беде, — произнес Издающий Клич, глубоко вздохнув.
— Что же именно стряслось?
— Вороний Ловчий все лето совершал набеги на лагерь Других. — Поющий Волк отвел взгляд. — Я сам был с ним — один раз. Я такого насмотрелся…
— А они напали на нас в ответ? Вот почему столько женщин…
— Да, и не раз. Все роды пострадали. В эту минуту, когда мы говорим, наши молодые мужчины идут в поход, чтобы защитить свои дома или принять смерть.
У Волчьего Сновидца все внутри сжалось от боли.