Вот взвизгнула в восторге девица с волосами немыслимого цвета, с плоской грудью и большим вырезом, который не открывал ничего соблазнительного, кроме очень дорогого массивного золотого креста, усыпанного бриллиантами.

Артем скривился: на такие кости только собаки кидаются. Но у девицы недостатка в партнерах не было, ее папа, ограбив огромный регион на востоке страны, был один из очень богатых людей.

Игра была в самом разгаре, и ставки все нарастали и нарастали. Пока не наступил угар. Он начинался внезапно и вроде бы незаметно, а потом охватывал всех, кто находился здесь. Лихорадочным румянцем зажигались щеки. Игроки, перестав себя контролировать, походили на обезумевшее стадо, застигнутое стихийным бедствием. Еще! Вот сейчас обязательно...

Кто-то лихорадочно подсчитывал проигрыш, пытаясь образумить себя, кто-то, отрешась от всего, что происходило в зале, упивался процессом игры..

Потом, нескоро, схлынет наваждение и как тяжкое похмелье наступит реальность - как изжога после дорогой, но нездоровой пищи. Но это будет потом, нескоро, а пока... Игрок, как заколдованный, спешит сделать новую ставку, еще и еще. Это страсть - игра, а для многих болезнь. Даже люди, умеющие в обычных обстоятельствах хорошо владеть собой, поддаются наваждению. Азарт! Не сравнимое ни с чем состояние. Для многих из собравшихся здесь и немало повидавших в жизни только страсть к игре толчками гнала кровь по жилам, заставляла учащенно биться сердце, возбуждала и опустошала изнутри, высасывая силы и деньги.

Это было дорогое удовольствие, наркотик, доступный очень богатым людям.

Молчаливые рослые парни из охраны автоматически останавливали глаза на особенно резвящихся дамочках, не умеющих сдерживать свои эмоции. В любой момент охрана готова была навести порядок в заведении. А в следующий раз могли и не пустить особенно шумных гостей.

Артем ухмыльнулся. Из этой публики каждый вечер и каждую ночь выкачивались, как из золотой скважины, деньги, деньги, деньги...

Мужчины были не так эмоциональны. Скулы сцепят, плечом передернут и кидают, кидают шуршащие купюры без счета, пока все до последней копейки не выгребут.

Но зато дамы... Какое там, к черту, светское выражение лица, по одному жесту ее всю насквозь видно. Замерла, руки стиснула, глаза горят, как у дикой кошки - такой огонь бушует внутри, что вот-вот взорвется или вспыхнет, как факел.

Если бы хоть одна из них заработала в своей жизни десятую часть того, что проиграла за один вечер!

Просадив последнее, они начинают судорожно оглядываться по сторонам. Еще, еще денег! Они готовы предложить себя в любой из комнат верхнего этажа - немедленно, кому угодно, тому, кто в состоянии оплатить еще одну игру.

Для Артема здесь не было секретов, по лицам играющих он читал, как в открытой книге.

Сам он не был игроком, хотя при случае, как говорил, мог тряхнуть стариной, но это была не его стихия.

Артем не верил в слепую удачу. Ее выстрадать надо, горбом заработать. Пусть фраера жируют, их дело. За свои пятьдесят лет он навидался всякого и в зоне, и на воле. На чужих проколах надо свою игру делать - и это по его части.

Сколько кентов на его глазах ловились на собственных слабостях и пропадали ни за грош из-за водки и баб! А то и того хуже - наркотиков и другой пагубной страсти: игры. Русская рулетка, американская, штос, очко, покер, блек-джек, биллиард, ставший модным у новых русских бридж, - любят господа богатые под заграницу косить, а сами карты толком держать в руках не научились. Когда? Деньгу надо колотить. Теперь вот мечутся, одурев от радости, по кабакам и казино со своими бабами, трясут мощной, боятся, грохнет их чистодел в подъезде, нанятый обиженным подельником, не успеют все растратить.

Пробыв несколько минут в зале казино, Беглов поднялся на второй этаж к Яковлеву.

Глава 3

Артем, по-хозяйски расположившись в большом удобном кресле напротив Юрия Петровича, несколько минут молчал.

Яковлев, теряясь в догадках, зачем внезапно пожаловал босс, чувствовал себя неуютно. Он беспокойно ерзал в кожаном вертящемся кресле, что стояло возле рабочего стола с компьютером.

Беспокоиться у Юрия Петровича причины были, но он их таил глубоко внутри себя.

Дела казино шли хорошо. Первоначально на хозяйство в "Жасмине" Артем собирался посадить другого человека, но Яковлев, услышав о планах хозяина, запросился сюда сам. Артем, имевший другие виды на Петровича, подумав, согласился. Это не шло в разрез с его планами.

Империя Артема Беглова разрасталась постепенно. Он, окружив себя верными людьми, готовыми за него в огонь и воду, действовал беспроигрышно. Кроме казино с игорным бизнесом, сети ресторанов и гостиниц, - некоторые из них были с "дополнительными" услугами, - ему принадлежало несколько универмагов и крупных торговых центров. И это был далеко не полный перечень собственности, входящей в состав империи. С этого платились налоги. По документам и у ресторанов с казино, и у гостиниц, и у торговых центров владельцами числились разные люди. На самом деле у всего этого был один хозяин - Артем Беглов.

Существовали и другие, нелегальные, виды бизнеса, которыми занимались люди из его свиты. Громадные суммы, выкачанные в результате ловко проведенных манипуляций, позволяли скупать недвижимость, давать взятки, держать под контролем разрастающуюся, как раковая опухоль у безнадежного больного, могущественную империю. На свою территорию Артем не пускал никого, для этого у него было достаточно и денег, и авторитета.

Беглов никогда не упускал случая взять под свою руку предприятие, сулящее верную прибыль. При этом поощрялась инициатива подчиненных, располагающих достоверной информацией. Платил он щедро.