Боги и их супруги за столом спорили и разговаривали одновременно, поэтому, не зная, что ещё делать, Тахира подняла руку.

— Что ты делаешь? Тебе не обязательно поднимать руку, — сказал Тот.

— Думаю, я делаю это для того, чтобы вставить слово. Я не привыкла к тому, что все пытаются перекричать друг друга.

Чёрные глаза Анубиса остановились на ней.

— Что у тебя на уме?

— То, что было у меня на уме последние два года… Вахти. Мы знаем, что он колдун, но ты не знаешь, откуда у него была сила вытянуть Ка Анубиса. Что, если это была какая-то некромантия? — произнесла Тахира, изо всех сил пытаясь объяснить идею, которая формировалась у неё в голове. Тот открыл было рот, но Кема снова заставила его замолчать.

— Я знаю, это звучит безумно, но, Анубис, ты сказал, что Вахти умирал. Может быть, это могло каким-то образом подействовать на заклинание? Или он мог использовать смерть членов своей семьи, чтобы подпитывать его? Судя по тому, что я прочитала сегодня, в смерти есть сила, — продолжила она, обращаясь к Анубису. — Отличается ли твоя Ка от людской души, потому что ты божественен? Что происходит, когда умирает бог? Куда уходит его душа? Имеет ли это какое-то значение?

Сет ухмылялся, а Тот выглядел так, словно хотел возразить, но не смог. Они все молчали долгое время.

— Полагаю, я раньше не задумывался о божественном статусе Анубиса. Или о некромантии, — неохотно признал Тот.

— Анубис не смертен, не является животным или человеком, поэтому вы не можете использовать магию, чтобы справиться с этими вещами на ровне. — Уверенность Тахиры росла, поскольку они обдумывали её теорию и не отвергли её полностью. — Кроме того, ещё одна вещь, о которой я думала, заключалась в том, что Анубис — бог, но он также бог мертвых. Играет ли его магия смерти и контроль над душами роль в магии, которая лишила его Ка? А как насчёт его связи с Дуатом? Вахти был человеком, умирающим, умным и отчаявшимся. Даже после того, как Анубис отклонил его просьбу, он всё равно организовал свою загробную жизнь наилучшим образом. Так что я думаю, что нам действительно нужен кто-то вроде Вахти, который знает и понимает божественную магию смерти и связь с подземным миром, таким как Дуат.

За столом было тихо, все пятеро смотрели на неё так, словно у Тахиры было две головы. Выражение лица Анубиса было наполнено таким открытым восхищением, что она поёжилась.

Кема рассмеялась и вытащила телефон.

— Знаешь, возможно, мы действительно знаем парня, который может нам помочь.

— Конечно, знаете, — сказала Тахира с нежной улыбкой.

— Сомневаюсь, что он сможет помочь, если я не могу, — пробормотал Тот.

— Не дуйся. Это всё равно произойдёт, любимый.

— О, пожалуйста, могущественная Огдоада Хаоса, нет, — умолял он, глядя на небо. Кема громко поцеловала его в лоб, а затем встала и вышла из столовой, прижав телефон к уху.

Внимание Тахиры снова переключилось на Анубиса, который наклонился и ткнулся в неё носом.

— Моя умная, прекрасная Тахира, — промурлыкал он ей на ухо. — Меня так возбуждает, когда ты хвастаешь своим большим мозгом.

Тахира улыбнулась.

— Это была всего лишь теория. За день, проведённый за чтением только лишь книг по некромантии, что-то обязательно должно было усвоиться, — ответила она, не привыкшая к похвалам.

После многих лет работы в академическом сообществе ей всё ещё приходилось бороться за подтверждение своих теорий на каждом этапе пути. Не говоря уже об аргументах, в которые она вступала, оспаривая неверные предположения, сделанные белыми археологами-мужчинами, как нынешними, так и викторианскими, и все годы между ними.

Здесь, за столом Тота, её только что слушали самые могущественные существа Египта. Это было ошеломляюще в лучшем смысле. Если повезёт, таинственный контакт Кемы сможет им помочь.

— Приятно знать, что вы двое действительно там работали, а не просто пачкали мою мебель, — иронически прокомментировал Тот. — Ты можешь забрать тот диван, когда уедешь, потому что я больше никогда не смогу на нём сидеть.

— Именно так я и намеревался сделать, — ответил Анубис с абсолютно непримиримой ухмылкой.

Айла наклонилась и сказала Тахире:

— Я уже привыкаю к тому, что они постоянно спорят друг с другом. Это никогда не прекращается, и я думаю, что Кема собирается ухудшить ситуацию.

— Каким образом? — спросила Тахира. В этот момент в другой комнате вспыхнул золотой свет, и Кема вошла обратно, обнимая за талию высокого прекрасного бога.

— Ну, дети вы все здесь, — радостно поприветствовал он, прежде чем взъерошить тёмные волосы Тота. — Как твои дела, пёрышко?

— Отвали, Гермес, — проворчал он.

— Гермес? — пискнула Тахира.

— Да, он мой дедушка, как я и сказала. Он сможет помочь, — весело проговорила Кема.

— Сомневаюсь, — пробормотал Тот.

Гермес проигнорировал их, его ястребиные глаза остановились на Тахире.

— У тебя есть имя, красавица?

— Это Тахира, моя супруга, — ответил Анубис с ноткой рычания в голосе.

Ухмылка Гермеса стала шире.

— Твоя супруга? Что ж, мальчик наконец-то стал мужчиной.

— Я был стар ещё до того, как ты стал блеском в глазах Зевса, поэтому будь осторожен с тем, кого ты называешь мальчиком, — ответил Анубис. Гермес только закатил глаза.