Как только я появилась на пороге кабинета Маркуса, отец тут же заключил в крепкие объятия. Когда с расспросами о моем самочувствии было покончено, мужчины обсудили стратегию экзорцистов по отношении к моей возрождающей Силе. И скажу вам, что меня их решение не удивило, хотя заметно расстроило. Конечно же, Орден Экзорцистов попробуют ликвидировать меня, именно ликвидировать, как бездушную вещь, которая оказалась не в то время и не в том месте. Моему отцу яко бы не удалось удержать меня в руках человечества, то я не должна достаться ни одному из Миров. Да, уж.

– Что ж, люди не меняются, – заключил устало Маркус, проведя рукой по спутанным волосам,– ни тысячу лет назад, ни сейчас. По-прежнему все решается кровью и оружием. Очень печально. Человечество думает, что оно движется к прогрессу, но на самом деле, топчется на месте, убивая своих собратьев. Сегодня друг, завтра враг, а через неделю любимый супруг.

– Ты осуждаешь человечество, как будто сам не человек,– фыркнул отец.

Маркус пожал плечами.

– Я человек. С небольшим бонусом в виде бессмертия.

– И ужасным характером. – Произнес мужской голос с хрипотцой.

Мы с отцом сидели на диване, возле камина, и сразу же повернулись к двери. В кабинет вальяжно в своей неповторимой манере вошел Белиал. Одетый в темный костюм и белоснежную рубашку с небрежно расстегнутым воротом. Мужчина прошел к креслу, которое стояло напротив нас, и изящно упал в него. Рядом со мной напрягся отец, натянулся как струна, готовая сию минуту порваться.

– Бел? Как ты вошел?

– Не напрягай извилины, дорогой друг,– взгляд янтарных глаз остановился на отце, тот гневно прищурился. Но Белиал разорвал зрительный контакт, дальше скользнув по мне, и вернулся обратно к Маркусу, – твой задиристый фамильяр впустил меня. Я не знал, что у тебя такие, – Бел вновь многозначно посмотрел на отца, – гости.

Отец тут же поднялся на ноги, как пружина, которая так долго сдерживалась в коробочке с клоуном.

– Ты – мерзкое, гнусное исчадие Ада! Ты выпускаешь своих отвратительных демонов забирать жизни безобидных людей! Я …

– Николай! Николай, держи себя в руках в моем доме! – Маркус встал перед отцом.

А Белиал с явным интересом смотрел на гневное покрасневшее лицо экзорциста и медленно расплылся в блаженной улыбке.

– Маркус, погоди! Мне давно не говорили столько комплиментов. Дай ему продолжить.

Мужчины замолчали и в недоумении перевели взгляд на Дьявола, который все так же с любопытством смотрел на моего отца, ожидая продолжения речи. Его явно забавляло поведение экзорциста.

– Николай, – Маркус напряженно посмотрел на отца.

– Я ухожу. Это унижение находиться в комнате с чудовищем, против которого я борюсь.

Отец стремительно направился к двери.

– Просто подойди и возьми у меня автограф! Не стоит так восхищаться мною! С самооценкой у меня все в порядке!

Отец на мгновение замер на пороге, еле сдерживая свою неприязнь. Я вскочила и поспешила за ним, послав Белиалу осуждающий взгляд.

– Да, Бел, ты правильно сказал, с самооценкой у тебя все в порядке, чертов мудак, – послышался недовольный голос Маркуса и смешок верховного демона.

Отца я нагнала в прихожей. Схватила его за руку, останавливая.

– Отец, мне так жаль.

Он резко остановился, впившись в меня злобными холодными глазами.

– Тебе жаль? Маша, ты связалась с проклятым Некромантом! Да и увидев Дьявола не была удивлена. Можно догадаться, что вы уже знакомы!

– Да, пап. И Белиал не сделал мне ничего плохого, он наоборот хочет помочь…

– Ты в своем уме?! Маша, это сам Дьявол! Против него и его приспешников я учил тебя противостоять! Он алчный, жестокий, сеющий зло Верховный демон! Он лицемерит, как и свойственно демонам. Он хочет переманить тебя на свою сторону, сторону Тьмы. Он заодно с Азазель, если не он сам все это организовал! И ты веришь всем этим уродливым потусторонним тварям?

Отец прекратил гневно кричать и резко замолчал. Я смотрела на него и совершенно не узнавала этого человека. Да, отец всегда был строгим, но сейчас он мало чем отличался от демонов. Все его лицо, жесты и голос выражали злость и жуткую неприязнь. Я отступила от него на шаг. Я была не уверенна, на чьей он стороне сейчас.

– Папа, ты понимаешь, что я тоже демон. Получается, что все, что ты только что сказал относиться и ко мне.

– Что ты, деточка. Нет, конечно. Ты добрая, рассудительная, никогда никому не причиняла вреда. Такая, какой я тебя воспитал. – Отец кажется осознал, что сейчас произошло и почувствовал изменения во мне. Он протянул ко мне руки. – Ты никогда не была злобной. Ты не демон.

– Нет, отец, я – демон. То самое чудовище, против которого ты борешься. – Я отступила еще на шаг.

Я увидела во взгляде экзорциста панику. В это время раздался страшный стук в дверь. От неожиданности вздрогнула. Отец опустил руки.