Отползаю подальше от места боя и, пригибаясь, быстро перебегаю дорогу. Опять ползком добираюсь до джипа. Левая сторона его сильно вмята в салон, но моторный отсек вроде не повреждён, иначе двигатель заглох бы. Неподалёку валяются четверо мёртвых гоблинов. Почти у всех попадания в голову.

Заглядываю через разбившееся окно вовнутрь. Водитель готов. На заднем сиденье лежит человек в крови. Кажется, живой. А вот на переднем пассажирском — почти целый здоровенный амбал. Увидев меня, он тут же наставил пистолет с толстой насадкой глушителя.

— Свои, — поднимая руки вверх, шепчу я.

— Помоги. Зажало и не могу выбраться, — моментально сориентировался он, передумав стрелять.

— Откинуться назад можешь? Разложить сиденье?

— Нет. Пробовал.

Пытаюсь отогнуть железо, но оно явно бронированное и моим усилиям не поддаётся. Быстро бегу к багажнику. Слава богу, его не заклинило. Сколько всего в нём интересного! Несколько автоматных стволов, гранаты. Даже пулемёт лежит, формами напоминающий родной ПКС, только не с коробкой для патронов, а с толстенным диском.

Как и предполагал, домкрат тоже имеется. Достаю его и через багажник влажу в салон. Усаживаю бесчувственного пассажира у задней левой неповреждённой дверцы. Устанавливаю домкрат между передним пассажирским сиденьем и стойкой. Начинаю крутить.

— Не выйдет, — пытается учить меня амбал. — Такую сталь с трудом направленный взрыв помял, так что твоим домкратиком её не отогнуть.

— Да мне пофиг, — говорю я. — Не в ней дело.

— А в чём?

Объяснить свои действия не успел. Спинка сиденья зажатого мужика сначала ушла в сторону, а потом резко откинулась назад. Беру его за плечи и тащу на второй ряд сидений. Не идёт.

— Правая ступня как в тисках, — сообщает он.

— Только ступня?

— Да.

— Отлично.

Беру нож в зубы и прямо по мужику ползу к зажатой конечности. На ногах пострадавшего высокие армейские берцы со шнуровкой, которую быстро разрезаю.

— Ногу из зажатого ботинка теперь достанешь?

— Уже пытаюсь. Хоть и с трудом, но идёт, зараза.

Снова тащу тело на заднее сиденье. Получилось! Пошло! Вскоре мы оба тяжело дышим, выбравшись через багажник на волю.

— Как генерал? — сразу же меня спрашивает он, не обращая на то, что голой ступнёй стоит в снегу.

— Если ты про того, что без сознания, то жив, хотя явно серьёзно контужен.

— Ерунда, — отмахнулся амбал и представился: — Семён.

— Ант… — попытался обозначить себя я, но понял, что не знаю своего нового имени. — Не помню.

— Хрен с тобой, — не стал вдаваться в подробности Сеня, доставая пулемёт. — План действий такой. Нужно эвакуировать генерала. Ты за руль, а я отстреливаюсь.

— Уверен, что машина на ходу?

— А что с ней будет? То, что в нас жахнуло, башню лёгкого танка оторвать может, а у нас лишь двери помяты, да на пару сотню метров откинуло. Так что быстро улепётываем, пока парни на себя внимание отвлекают.

— Им необходима помощь.

— Нет. Рискованно. Это их работа. На моём месте каждый поступил бы также, спасая объект.

Поморщившись, кивнул и залез на водительское сиденье, убрав труп через открывшуюся из салона дверь. Быстро осмотрелся. Всего две педали и рычаг переключения коробки скоростей говорят, что машина на «автомате».

— Чего ждёшь?! Двигай давай! — недовольно говорит Семён, уже откинувший люк и установивший на крыше джипа пулемёт.

По наитию перевожу рычаг на задний ход. Давлю на газ. Всё-таки угадал, что значит «ЗХ» в одном из положений рычага! Машина, натужно заурчав двигателем, плавно вылезла из кювета. Прямо перед лобовым стеклом идёт битва, приближающаяся к своему законному финалу. Обороняющиеся уже практически окружены гоблинами, и жить им осталось от силы пара минут. « Спецназ своих не бросает». Эту фразу в меня крепко вбили. В данном случае свои — это люди.

— Идём на выручку! — кричу я Семёну. — Отстреливай зелёных. Как только заеду за разбитые джипы, прикрой парней огнём во время эвакуации. Где кнопка открывания багажника?