Кратер с улыбкой посмотрел на Владимира. Тот хотел отказать парню в просьбе, но один взгляд Бибигуль убедил его в обратном.

— Да, конечно, — процедил сквозь зубы Владимир и не только положил две ложки сахара, но и размешал его.

Бибигуль подсуетилась, приготовила бутерброд и вложила его в руки Владимиру. Она толкнула его локтем и кивнул на Кратера. Владимир со вздохом поднес бутерброд к лицу Кратера.

— О спасибо! Вы такие гостеприимные! — широко улыбнулся парень и откусил большой кусок. — Просто обалденный бутер! Спасибо хозяйке!

Бибигуль зарделась, засмущалась и ушла быстрым шагом на кухню. Кешбек, наблюдавший эту картину, хотел было возмутиться, но решил отложить разборку. При госте ссориться нельзя, иначе опять ему влетит от жены, а если влетит от жены, то не получится устроить ей разборку.

— Что происходит, а? В собственном доме! — ворчал Кешбек.

А Кратер тем временем кусал бутерброд и, припав к чашке, громко пил чай.

— Парень, жуй быстрей, — зло попросил Владимир, но тот даже и не думал торопиться.

— И чем вы занимаетесь в своей деревне, если телек не смотрите?

— Вон посмотри! Стоит в углу твой телек! — ответил Кешбек.

— Он хотя бы работает?

Сердито топая босыми ногами, Кешбек подошел к телевизору и включил канал с татарскими плясками. Для большей убедительности он включил звук на всю громкость. Кратер и Владимир сразу закрыли уши. Из кухни тут же показалась Бибигуль. Она начала что-то кричать и кидаться в Кешбека ножами и вилками. Ему пришлось танцевать, чтобы столовые приборы не достигли цели, и из-за этого он не мог дотянуться до телевизора.

Дверь в дом кто-то открыл с пинка и в комнату ввалилась толпа с веселыми криками и гармонью. Бабы в ярких сарафанах и пуховых платках, взявшись за подол, крутились и драли глотки песней, а мужики свистели и вприсядку хлопали себя по коленям. Один усатый гармонист стоял на месте и мастерски бегал пальцами по белым кнопкам. Следом за взрослыми в зал забежали деревенские дети.

Бибигуль отвлеклась на непрошеных гостей и Кешбек смог наконец-то выдернуть шнур от телевизора из розетки.

— У кого сегодня праздник? Отвечай нам, дорогой! Девица выходит замуж? Где жених наш холостой? Али именины будем у кого-то отмечать? Или просто так позвали всю деревню пировать? — завела стихи Любовь Михайловна.

Женщина держала в руках банку огурцов, которую впихнула в руки Бибигуль, и грузно села за стол рядом с Кратером. Все гости поступили ее примеру. Кто успел, тот вручил угощение хозяйке дома, а остальное ставили на стол, где тут же открывали и ели. Кто-то принес огромную бутыль с брагой. Гости, увидев алкоголь, начали требовать рюмки и кружки. Бибигуль немного отошла от шока, позвала к себе Кешбека, всучила ему банки с пакетами и ушла на кухню искать стаканы.

Владимир, не любивший громкие компании, вылез из-за стола, вытащил из стиснувших с двух сторон жирных бабских боков Кратера и вышел на улицу. Толком не поев и испытывая голод, он направился к себе в дом. Владимир вспоминал, что у него оставалось из припасов и чем можно было бы набить желудок, но догнавший его Кратер испортил ему настроение и аппетит.

— Эй, приятель, ты чего свалил? У твоего другана крутая пати наметилась!

— Что наметилось?

— Ну вечеринка или праздник по-другому.

— Вот бы и остался там.

Владимир пошел дальше быстрым шагом, но Кратер и не думал отставать от него.

— Я больше по футболу угараю. Знаешь, кто такие ультрас? Нет? Ну ладно. А из алкоголя я только пиво пью. Могу пару рюмок водки хлопнуть или вискарика, но это максимум. А ты ту же муть пьешь, что и остальные?

— Я совсем не пью, — буркнул Владимир. Он не хотел разговаривать с ним, но идущий рядом с ним Кратер смотрел пристально и начал подталкивать его рукой, чтобы Владимир дал ответ н заданный вопрос.

— Чего? Живешь в деревне и не бухаешь?! Да не бывает такого!

Владимир, насупившись, промолчал. Кратер с удивлением смотрел на него, потом на округу, затем опять перевел взгляд на Владимира и похлопал себя по плечам руками-кувалдами.

— Прохладно как-то, не находишь?

Кратер, смотря на Владимира, кивнул на его рубаху.

— Как бы октябрь наступил, надо одеваться потеплее.

Владимир продолжал молчать. Только и было слышно, как он вбирал в себя воздух, полностью забив легкие, а потом громко выдыхал.

Чувствуя холод, Кратер поежился. Он хотел было завернуться в куртку, но забинтованными руками у него не получилось зацепить ее края.

— Дружище, помоги застегнуться!

Владимир даже не посмотрел на него.

— Ну пожалуйста! Я же замерзну и умру. Прям здесь, в твоих ногах, — трагичным голосом произнес Кратер, только его слова не возымели эффекта. — А вот та татарская телочка обязательно бы меня застегнула и отогрела…

Не успел Кратер договорить, как Владимир схватил его за грудки и приподнял над землей. Парень, увидев его взбешенный взгляд и раздувшиеся от гнева ноздри, попытался его успокоить: