Шрифт:
Они медленно ехали по улице, пока не остановились у белого бетонного здания с синей крышей, где над дверью красовалась выцветшая надпись «Продукты», а под ней поменьше — «Хозтовары».
— Приехали. Центральная площадь, — довольно сообщил водитель, вытаскивая из бардачка видавшую виды твидовую кепку и водружая ее на голову.
— Выходи, — тут же заелозил на месте Макс, толкая Ваню, — В магазине должен быть телефон!
Они вывалились на улицу, отряхиваясь, а следом вышел дед.
— Чтой-то больно тихо, — он заозирался, хмурясь, — И магазин закрыт, хотя обед давно прошел.
Он взял трость, доковылял до двери и подергал за ручку.
Трофим подтянул джинсы, смахивая с них куриный помет, поморщился и огляделся. Дома, стоящие поблизости, были полностью закрыты высокими заборами, и не разглядишь, что внутри делается.
— Тут тоже телефон не ловит, — позвал его Макс, — Вышки у них тут нет что ли?
— Какие вышки? — удивился дед, — Пока сюда цивилизация дойдет…
Он остановился, сузив глаза:
— Вон кто-то едет!
И махнул рукой в конец улицы, где ветер поднимал клубы пыли:
— Не пойму, жеребец?
Трофим оглянулся, нахмурившись. Из-за поворота к ним действительно скакала неоседланная лошадь, прижав уши и переходя на рысь.
— Какой идиот жеребца выпустил! Он же поранится! — закричал дед и шустро выскочил на середину дороги, преграждая путь и вскидывая руки.
— Куда вы! — бросился наперерез Ваня, — Затопчет!
Конь, вильнув и не сбавляя скорость, пронесся мимо, хрипя и исходя пеной.
— Ой, маленький, — дед взялся за грудь, провожая того взглядом, — Я сейчас, сейчас, догоню на машине…
И медленно осел на землю, серея на глазах.
— Ваня! — закричал Трофим, подбегая ближе.
— Уже, — зашипел тот, падая на колени рядом с дедом.
Он перевернул того на спину, быстро проверил пульс и ритмично принялся давить на грудь:
— Сердце! И…
Он испуганно посмотрел на Трофима:
— Пятно! Расползается…
Трофим опустился рядом, выворачивая свой рюкзак. Зелье, которое он вливал Алине, должно было остаться. Если что и сможет запустить сердце, то это оно. Нет, рановато тебе еще по ту сторону, дед, еще повоюешь.
Он достал наполовину пустой пузырек, зубами сорвал крышку и вылил тому в рот.
— Пульс, — сообщил Ваня, убирая руки, — Не понимаю, что это…
Дед захрипел, открывая мутные глаза, закашлялся.
— Жеребец… Нашли?
— Почти умер, а все туда же, — Трофим обернулся, ища запропавшего Макса.
А потом медленно поднялся, чувствуя, как загораются на кончиках пальцах искры, и побежал. Макс лежал у машины, раскинув руки и приоткрыв рот, безжизненно глядя в небо пустым взглядом.
Глава 17
— Пульс есть, но слабенький, — Ваня закусил губу, оглядываясь на Трофима, — Что это за хрень? Не понимаю…
Он расстегнул на Максе толстовку и положил ему руки на грудь.
— Смотрите, — он мотнул головой, — Тут тоже пятно разрослось.
— Не вижу, — сжал зубы Трофим.
— Да как же? — Ваня недоуменно поднял брови, — Я не вру, правда!
— Верю, — Трофим поднялся, оглядываясь, — Нужно отнести его куда-нибудь под крышу, пока еще что не случилось. Я беру Макса, ты помоги деду.
И прищурился, заметив, как калитка у одного из заборов, сделанного из сплошного профлиста, медленно приоткрылась, и оттуда высунулась голова мальчишки лет пятнадцати.
— Эй! — крикнул Трофим, — Нам нужна помощь.
Пацан испуганно юркнул обратно.
— Эй, малец, — позвал дед, так и сидящий посреди дороги, — Я Виктор Палыч Смирнов, ветеринар из райцентра! Нам нужен телефон.
Калитка снова открылась, и мальчишка, испуганно оглядываясь и подпрыгивая на месте, как заяц, замахал руками. Из-за его спины таращилась маленькая светловолосая девочка, прижимая ладони к груди.
— Сереж, не выходи, Сереж, — она схватила парня за кофту, оттаскивая обратно.
Трофим кивнул Ване, подхватывая Макса на руки:
— Деду помоги.
Парнишка, не выдержав, вывернулся и рванул к ним, хватая Виктора Павловича за одну руку, и потянул к дому.
— Скорее! — он шипел от страха, все время оглядываясь по сторонам.
Ваня подхватил деда с другой стороны.
— Что тут происходит? — он тоже начал оглядываться, поддавшись панике.
Девчонка, высунувшись из-за калитки, приоткрыла рот и закричала: