Мы приблизились к башне. Пернатый так и лежал на спине у её подножия, раскинув крылья. Он дышал через широко открытый клюв. Из его огромной раны не шла кровь, как я ожидала. Она была абсолютно сухая и обгоревшая по краям до угольной черноты.

— Ты не посмеешь навредить девочке, — прохрипела птица, глядя расширенными глазами на Киллера. Он не обратил на эти слова внимания и начал подниматься по лестнице, идущей спиралью вокруг башни. Сделав несколько глубоких вдохов, сущность сказала уже в спину Киллера, — Хищник рано или поздно окажется на свободе и надёт тебя. Ты не сможешь от него спрятаться.

— Пусть сначала выберется из сонной воды, — усмехнулся Киллер.

За пять минут мы поднялись на вершину башни. Лестница вывела нас на небольшую площадку из металлической решётки. Я поняла, что эта вышка не такая уж высокая в сравнении с башней короля. Угадав мои мысли Киллер сказал:

— При перемещении в мир живых, высота точки отправления играет важную роль только, если ты ещё не умеешь это правильно делать. Когда у меня были способности, я их постоянно совершенствовал, много тренировался, экспериментировал. Мне нравилось спускаться в этот мир, исследовать его законы. Я понял, что он устроен как внутренняя поверхность шара. Самый верх здесь — это самый низ там. Это и есть точка отправления, но до неё можно добраться не только с помощью самой высокой башни.

Киллер поставил меня на ноги лицом к себе, крепко держа за обе руки. Он сел на корточки и спокойно сказал, глядя мне в глаза:

— Сосредоточься на мире живых, вспомни, где сейчас твоё тело, что произошло перед тем, как ты попала сюда. Эта вышка — специальное устройство, которое усиливает твои способности. Она подтолкнёт тебя.

— Я не буду вас никуда перемещать, — упрямо заявила я.

Киллер не успел мне ничего ответить на эти слова. Совсем рядом с нами появилась сущность с дырявым крылом. Она внезапно взмыла и зависла в воздухе прямо у площадки, на которой мы стояли. Её здоровое крыло работало с удвоенной нагрузкой.

Пернатый держал в лапах совсем вымокшего в обычной воде короля. Киллер, увидев их, сразу же вскочил на ноги, отпустил меня и достал оружие. Он нацелил его на незваных гостей.

Я хотела сбежать вниз по лестнице, потом решила попробовать быстро переместиться в мир живых в одиночку, но представив, что сейчас будет с сущностью и королём, поступила иначе.

Киллер уже нажимал на спусковой крючок, когда я с размаху бросилась на него сзади. Мои мысли в этот момент были сосредоточены на моём теле, на больнице и на докторе Калиоте. Киллер не ожидал толчка сзади и чуть не свалился с площадки на лестницу, но вовремя сделал шаг вперёд, чтобы удержаться на ногах. В этот же миг прогремел выстрел, снаряд пролетел мимо сущности. Извернувшись, пернатый забросил короля на площадку в тот момент, когда мы с Киллером уже растворялись в воздухе.

Всё исчезло. Я провалилась во тьму.

Грудь и живот сжало так сильно, что невозможно было сделать вдох. Мой рот широко открылся, безуспешно пытаясь ухватить как можно больше воздуха. Такое со мной бывало, когда я резко летела вниз, сидя на очень экстремальных аттракционах. Детей до двенадцати лет на такие не пускали. Но стоило мне только посмотреть сотруднику парка в глаза, как мой возраст для него сразу становился пропускным. Правда, несколько раз Хищник выгонял меня из комнаты страха и с американских горок до того, как я успевала их испытать на себе. Он всегда старался беречь меня от сильного испуга.

Я открыла глаза. Кто-то уже подбежал к моей кровати и начал что-то суетливо нажимать на приборах, что-то говорить. Второй человек появился с другой стороны и ввёл мне какое-то лекарство через катетер на руке. Картинка перед глазами была чёткая, но я не узнавала этих людей. Не до этого было. Дышать. Надо дышать.

Я резко выдохнула, после чего лёгкие сами сделали глубокий вдох. Боль прожгла шею и грудь, но тут же начала стихать. Закружилась голова, перед глазами всё поплыло, и я снова начала проваливаться в забытье. Подошедших ко мне врачей нигде не было видно. Может быть, никто и не приходил вовсе.

— Доктор Калиот! — в кабинет начальника без стука ворвался взволнованный Виктор Сергеевич, невролог, один из исследователей способностей Фаби, — у нас ЧП! Девочка вышла из комы. У неё шок, сейчас она без сознания. Даниил Николаевич и Дмитрий Евгеньевич тоже. Как только они к ней подошли, с ними что-то произошло.

Доктор Калиот быстро поднялся из-за стола, на котором были разложены бумаги. На его лице по-прежнему оставалась сосредоточенность. Он мгновенно обдумал новость и спросил, догадавшись, что именно могло произойти:

— Они вступали в контакт с девочкой? — его голос был ровным.

— Я не знаю. Видеокамеры уже просматривают. Меня позвал реаниматолог. Он услышал грохот в палате Фаби. Когда зашёл туда, эти двое уже лежали на полу.

— Идёмте, — Калиот торопливо зашагал из своего кабинета. Виктор Сергеевич последовал за ним.

Они зашли в палату к Фаби. Там было четыре врача и спящая девочка. Даниила Николаевича и Дмитрия уже увезли на каталках в соседние палаты.

— Что по видеозаписям? — спросил Виктор Сергеевич у одного из врачей.