Внезапно он почувствовал себя невероятно уставшим. Настолько, насколько ещё никогда уставшим не был. Хотелось спать.

— Что, пожалел, что пошёл с нами? — обратился к нему полковник Смирнов.

Алексей ещё раз быстро взвесил все «за» и «против».

— Пожалуй, нет.

— Да, работа у нас интересная, — согласился полковник.

Он присел на сочную упругую траву и тоже стал наслаждаться открывавшимся видом. Постучал по искусственной ноге кулаком, вроде остался доволен.

Потом повернул голову к проводнику и спросил:

— Афоня, мне кажется или точка перехода слегка сместилась? — он не спеша осматривался. — Это ведь здесь живут те самые гигантские обезьяны, с которыми лучше не встречаться?

Афанасий осмотрелся. Увидел позади себя грубо сложенные мегалиты, а вокруг на холме редкие деревца и кое-где скальные выступы, торчащие прямо из земли, поросшие тёмным мхом. На склонах холма и вокруг них густая зелень травы была богато сдобрена брызгами мелких разноцветных цветов.

Чуть поодаль на склоне можно было увидеть рощицу, состоящую, всего из нескольких деревьев, среди которых выделялась пара стволов, при беглом взгляде до боли напоминающие такие родные берёзы.

— Магнитные полюса и те смещаются, Денис Евгеньич, что уж говорить о точках перехода, они тоже "плавают". Собственно, из тоннеля в Долине только сюда и можно попасть, особенно если очень спешишь.

Из последующего разговора Алексей понял, что теперь им надо решать, к какой из ближайших точек перехода двинуться дальше. Если к ближайшей, то они рискуют выскочить в Тихом океане, на острове, подконтрольном Соединённым Штатам. Если же к той, что дальше, причём значительно, то выпрыгнуть уже можно где-то на просторах родной Сибири.

— И да, это то самое место. Насколько известно, в это время года они должны находиться далеко отсюда — кочуют за стадами. Так что столкнуться с ними мы не должны, — закончил Афанасий.

— Ну да, про Долину мы тоже думали, что там кроме мертвецов никого нет, — не скрывая иронии заметил полковник.

— Это не ко мне претензии, — возмутился Афанасий. — Это не я режим карантина ввёл, который к тому же толком поддерживать не получается. Делали бы вылазки чаще — давно бы уже обнаружили и манекенов, и гробницу, и поняли бы, что с людьми случилось. А то патоген-патоген! Нулевая терпимость, видишь ли!

Смирнов лишь отмахнулся.

— И вскрыли бы саркофаг? — прищурившись от лучей заходящего солнца, спросил он Афанасия.

— Это уже вам было бы решать: вскрывать или нет!

Алексей никогда ещё не видел Афанасия таким возбуждённым. До того он был гораздо тише и, казалось, общался вообще только с полковником. Что же, у каждого есть свой предел, который может выдержать психика.

— Тем более, его всё равно кто-то вскрыл! — не успокаивался проводник.

— Ладно-ладно, успокойся, — примиряющим тоном произнёс полковник. — Без тебя нам всё равно назад не вернуться.

Понятно, подумал Плетнёв, груз ответственности давит. И тут же его прошибло п`отом: это же получается, если бы Афоню в Афганистане на перевале грохнули, им бы пришлось самостоятельно выбираться из этой обители враждующих племён? А в Тихом мире? Или здесь? Ну ладно здесь, тут ещё хоть как-то, судя по всему, жить можно, но в Долине-то как выжить? Среди всех этих манекенов, да в компании помешавшегося божества!

Алексей подошёл к Даниле, спросил в полголоса, чтобы никто другой не слышал:

— Мы реально без Афони не сможем вернуться?

— Ну, не совсем так, — скривился Данила, — просто с ним быстрее и надёжнее. А так, ты можешь вокруг точки перехода ходить туда-сюда всю жизнь, да так и не заметишь её.

— То есть какие-то признаки всё-таки есть и выбраться можно? — приободрился Алексей.

— Если знать, что искать, — утвердительно кивнул Данила. — Студент, вон, случайно набрёл, повторил, понял, как работает и стал пользоваться. Но если бы точка сместилась, мог бы остаться в Долине навсегда. Мда…

Данила тяжело вздохнул, учитывая, что где-то там, среди множества мумий, лежит на крыше разбитого автомобиля тело Егора, постепенно превращаясь в ещё один такой же засушенный труп. Он уже никогда не вернётся домой, без вариантов. И в его личном деле будет написано: пропал без вести.

— Остался бы он жив, может, поняли бы, как он туда-сюда бродил, может, это его уникальная особенность. А так… Чего уж тут!

То есть набрести на проход в другой мир можно и без помощи проводника, понятно. Маловероятно, но возможно, понял для себя Алексей. Интересно, сколько людей таким образом бесследно исчезло? Вопрос, конечно, риторический.