– А ты сам-то что думаешь по этому поводу? – спросил Карса.

– Если малазанцы и завоюют Даруджистан, они окажутся положении акулы, которая подавилась Борругом. Город застрянет у империи поперек горла.

– Та акула сперва поперхнулась, но потом все-таки проглотила Борруга.

– Только потому, что он был мертв. А Даруджистан живой.

Впереди показалось еще одно селение. В отличие от всех прежних, оно было обнесено невысокой каменной стеной, за которой виднелись три довольно больших строения. Из хлева, что стоял рядом, доносилось беспрестанное меканье коз, разморенных жарой.

– Не понимаю, зачем днем держать коз в хлеву, – удивился Ном.

– Хотя бы затем, чтобы перерезать им глотки.

– Сразу всем?

Карса принюхался.

– Я чую лошадей.

– Что-то я не вижу ни одной.

Несколько сузившись, дорога миновала канаву, прошла через арку покосившихся выщербленных ворот и превратилась в главную улицу селения. Улица была абсолютно пуста, но путешественников это не удивило: обычно при виде теблора местные жители торопились убраться прочь. Здесь же как будто знали о появлении Карсы и заранее плотно закрыли двери и ставни на окнах.

Великан выхватил меч.

– Мы попали в засаду, – объявил он.

– Кажется, так и есть, – вздохнул Торвальд Ном.

Даруджиец порылся в заплечном мешке и разыскал там кожаный ремень, который намотал на лезвие сабли вместо обломанной рукоятки. Получилось, конечно, не ахти как, но ведь голыми руками клинок держать не будешь.

Из-за больших домов показались всадники. Дюжина, две, три. Все были одеты в странную просторную одежду темно-синего цвета. Лица незнакомцев скрывали повязки. Стрелы коротких луков были направлены на Карсу и Торвальда.

Еще один отряд всадников, вооруженных луками и копьями, въехал со стороны арки.

– Эти луки сильно бьют? – хмурясь, спросил воитель.

– Кольчугу пробивают. А уж наши лохмотья – тем более.

Год назад Карса все равно бросился бы на врагов. Теперь же он лишь молча убрал меч.

Всадники, прибывшие со стороны арки, спешились. Помимо оружия, у них в руках были цепи и кандалы.

– Худ меня побери! – пробормотал Ном. – Неужели снова?

Карса лишь пожал плечами.

Друзья не стали сопротивляться и позволили заковать себя. На мощных запястьях и лодыжках теблора кандалы едва защелкнулись. Кожа вокруг вспухла, а из-под железных обручей закапала кровь.

– Найдите ему другие, – не выдержал Ном, обратившись к незнакомцам на малазанском языке. – На что он вам нужен без рук и ног?

– Меня это не волнует, – послышался знакомый голос.

Из дверей ближайшего дома вышли Сильгар с Дамиском.

– Да, Карса Орлонг, теперь ты останешься без рук и без ног, и все твои дурацкие угрозы прекратятся. Конечно, работать ты уже не сумеешь, но я примирюсь с убытками.

– Достойная плата за спасение ваших никчемных жизней! – не выдержал даруджиец.

– Да, Ном. Достойная и справедливая плата за все. В том числе за потерю всех моих преданных слуг и за мой арест. Этим мои обиды не исчерпываются, но я не стану злоупотреблять терпением наших дорогих друзей-араков. Эти храбрые воины находятся далеко от родных мест. Здесь их не больно-то жалуют, а потому аракам не терпится поскорее убраться отсюда.

Карса уже не чувствовал ни рук, ни ног. Когда кочевник подтолкнул его, требуя идти, теблор споткнулся и упал. Его огрели кнутом по затылку. Карсу захлестнула прежняя, неистовая ярость. Дернувшись, он вырвал цепь у арака и, как мог, ударил того по лицу. Арак завопил от боли.

К воителю подскочили другие кочевники и принялись хлестать его плетками из жесткого конского волоса, сплетенного в косичку. Вскоре юноша потерял сознание.

Очнулся он уже почти в сумерки. Карса лежал на волокушах, которые сейчас отвязывали от упряжи. Молодой воин усмехнулся, подумав, каково пришлось длинноногим поджарым лошадям кочевников. Его лицо превратилось в один сплошной синяк, глаза заплыли так, что он с трудом мог их приоткрыть. Прикушенный язык распух. Но больше всего Карсу сейчас тревожили руки и ноги. Пальцы стали синими, ногти почернели. В прежних кандалах он хотя бы чувствовал боль. В этих же не ощущал вообще ничего.

Кочевники расположились на привал невдалеке от дороги. Юноша приподнял голову и огляделся. Над оконечностью западной кромки горизонта слабо светилось желтоватое зарево. Вероятно, там находился город.

Топливом для костров аракам служили лепешки сухого конского навоза, горевшие бездымно. Повернув голову в другую сторону, Карса увидел рабовладельца и Дамиска. Они сидели рядом с главарем кочевников. Над очагом, что находился ближе к волокушам, был подвешен котел. Оттуда пахло мясом и овощами.