Из тьмы веков неверный голосок.

Но как остановить движенье это —

Струенье вод в реке, полёты туч,

Травы шуршанье, камнепады с круч,

Из глаз любимой истеченье света?

Возможно ли? Хронометр бытия

Размеренно куёт свои секунды…

И надо ли?

– Не слушайся зануды,

Господь всеблагий, – возопляю я.

– Сыпь, сыпь песок! —

И пусть Земля кружится.

Не обронись! —

И пусть не будет дна

В твоём сосуде.

Вечность нам дана,

Пока песок струится и струится…

ТЫНДА, ЛУГОВАЯ, 1

Геннадию Кузьмину

Опять зима.

Как больно ветер жжёт!

Калорий в теплотрассе не осталось.

Кружит снежинка – водяная малость,

Январь её сурово бережёт.

Мой дом в три слоя снегом занесён.

Кого он греет в эту злую стужу?

Кого, по тропке выпустив наружу,

К исходу суток поджидает он?

Колючий воздух к Тынде заскользил,

Он, словно выдох, бесконечно тяжек.

Коробочка средь девятиэтажек —

Мой старый дом.

Неужто здесь я жил!

Вот в эти двери лысенький поэт

Входил без стука, снег смахнув с ушанки,

Чай с сухарями пил и воблу шамкал,

Вина и пива не приемля, нет!

Потом мои тетрадки ворошил,

Где от стихов давно в глазах рябило,

И, варианты предлагая мило,

Он беспощадно строчки потрошил.

Нацеливая свой бельмастый глаз,

Он бормотал: «Ну, накрутил, парнишка…»

В суровой правке нарождалась книжка

Без выспренностей ложных и прикрас.

По мне проехал будто тяжкий трактор,

Так ныло тело от работы той!

Он был упорен в творчестве – крутой,

Но справедливый – первый мой редактор.

Вот эта книжка, тонкая, как лист,

Что осенью с берёзы наземь ринул,

С названьем немудрящим «Сентябрины» —

Возьми её, редактор-тракторист.

За ней пойдут другие, но пока

Она мне жжёт замёрзшие ладони.

Мы с нею нашу молодость догоним,

Мы с ней удачу схватим за бока.

…………………………..

Ну, вот и всё…

О стенку головой

Колотит ветер северный колючий.

Поэт ушёл и умер, невезучий,

И я стою один на Луговой.

1976 —2003

ЯМБ

Как будто в бурях есть покой…

М. Лермонтов

Приспело время жить умом,

Причём, желательно – своим.

Не зря гласят, что слава – дым,

Когда всему основа – дом.

Тому, кто чувствам вечный раб,

Не объяснить всевластье цифр,

Невнятный код, забытый шифр,

Неизмеряемый масштаб.

Кто лепту ждёт, кто правит бал,

А кто махнул на всё рукой…

Но если в бурях есть покой,

Не зря канат ты отрубал.

МЕЖДОУСОБИЦА

Была междоусобица князей

Жесточе всех нашествий и набегов

Варягов, половцев и печенегов,

Страшился русич родовы своей.

Когда на брата брат сбирает рать,

А сын отца с престола свергнуть тщится,

Не торопись на белый свет родиться,

Чтоб от руки родной не погибать.

Казни своих, чтоб устрашился враг,

А жены народят ещё младенцев.

Велик Христос, не бойся иноверцев,

Ты сам себе грабитель и чужак.

На поле, что усеяно костьми,

Оратай плуг не смеет долго ставить.

Как медленно мы обретаем память,

Мучительно становимся людьми!

Я тоже Игорь, Ингвар, скандинав,

Я тыщу лет на сече был кровавой,

И я на смерть давно имею право,

От вероломства всех князей устав.

Перековать орала на мечи

Не торопись, земля моя святая.