Шрифт:
Поворачиваюсь к нему и, вот чисто назло, чтобы знал, что я его дрессировкам не поддаюсь, снова показываю ему "фак". Точнее, пытаюсь это сделать... Потому что уловив моё движение, он, сдвинув брови ещё сильнее, резко выкручивает в сторону руль и меня отбрасывает вправо. Стукнувшись о дверь, потираю плечо и морщусь.
– Пристегнись.
– Сам пристегнись, - огрызаюсь я.
– Я, между прочим, ударилась.
– Ты, между прочим, с огнём играешь.
Пристёгиваюсь.
– Телефон отдай.
– Потрахаешься со мной - отдам.
Выпучив глаза, поворачиваюсь полубоком к нему.
– Ты чё такой охреневший?
– Родился таким. В люльке ещё охреневал.
– Я с тобой трахаться не буду, - чтобы сразу расставить точки над "i", решительно заявляю я.
– Будешь, - кивнув, утверждает он.
– За три "фака" - три секса, - почесав пальцами небритую щёку, он напускает на себя задумчивый вид.
– Думаю вот, раскидать по дням, или устроить спринтик...
– Херинтик, - злюсь я.
– Телефон отдай.
– А что ты так волнуешься-то? Секс, учитывая твой бешеный темперамент, намечается весьма неплохой, а телефон твой - никуда не денется.
– Где он?
– хмурюсь я.
– В трусы положил. Сейчас как раз членом набираю смску своему помощнику, чтобы он нам номер в отеле снял. Извини, что с твоего. У моего зарядки мало.
– Ты...
– вспыхиваю я.
– Ты...
– Угу, - усмехнувшись, кивает он.
– Я.
У меня слов нет. Он непрошибаемый вообще.
– Громов, - сердито говорю я.
– Отдай телефон. Я тебя по-хорошему прошу...
– Куни любишь?
– весело взглянув на меня, интересуется он.
– Или минет больше нравится?
Тупо охреневаю.
– Впрочем, - пожимает плечами он, - вполне можно и совместить.
Глава 17
Практически всю дальнейшую дорогу я с ним вообще не разговариваю. Всё равно бесполезно. Он либо тупой, либо наглый. Хотя нет. Он и тупой и наглый. И... сам ебанутый, вот.
Скрестив на груди руки и нахохлившись, хмуро смотрю на дорогу.
Громов изредка поглядывает на меня, но я не реагирую.
Он тоже молчит. Музыку только включает тихонько. Какую-то заводную фортепианно-гитарную композицию. В другом настроении я может быть и послушала это, но сейчас - она только раздражает. Не даёт придумать, как поступить. Как вернуть телефон и сбежать.
Некоторое время терплю.
– Выключи, - наконец не выдерживаю я.
Громов тянется рукой к панели и делает звук громче. Ухмыльнувшись, принимается вдобавок кивать головой в такт.
Вздохнув, отворачиваюсь к боковому окну. Вот же ж придурок...
Завернув за угол, он снижает скорость, сворачивает на какую-то дорогу, ведущую к кому-то огромному, конкретно застеклённому дому, и опускает стекло. Приложив карточку к панели металлической коробки, дожидается пока поднимется шлагбаум, и затем устремляет машину на парковку.
Спустя несколько секунд, останавливает её, и, выключив музыку, поворачивается ко мне.
– Приехали.
– Это что?
– хмуро кивнув на здание, спрашиваю я.
– Отель, - невозмутимо отвечает он.
Испепеляю его взглядом.
– Ты тупой?
– У тебя какие-то вопросы неконструктивные. Лучше спроси, какие позы в сексе я предпочитаю. Тебе же нужен твой телефон?
– Я. Не. Буду. С. Тобой. Трахаться.
– Будешь.
– Я сказала: не буду!
– А я сказал: будешь. Правда, тебе надо бы помыться сначала. Во-первых, из больницы, во-вторых, в джеме измазана, в третьих, наверняка ещё вспотела.
Резко поднимаю ладони.
– Окей, Громов! Я скажу тебе, почему тебя преследовала.
Приподняв бровь, он потирает пальцами щетинистый подбородок и заинтересованно на меня смотрит:
– Уже лучше. Итак?
Протягиваю вперёд руку ладонью вверх:
– После того, как ты вернёшь мне телефон.
Прищурившись, он усмехается. Выглядит сногсшибательно обаятельно, сукин сын.
– Ты не поняла. Телефон после секса. Я что-то прям как-то настроился.
– Это харассмент. Я на тебя в суд подам.
– Окей, - кивает он.
– Но после секса.
– Да ты достал меня!
– восклицаю я.
– Затрахал уже своим сексом!