— Все взад! — орёт Болтун не своим голосом за нашими спинами.

Отпрыгиваем на пару метров. Патлок же умудряется перед самым носом убийц захлопнуть основательную дубовую дверь. Мы с безопасницей наваливаемся на неё, давая возможность Болтуну накинуть на петли тяжёлый брус. Всё! Заперлись!

— Вот Хиргова задница! — вытирая кровь со щеки, грустно говорит Заноза, осаживаясь на пол. — Всё время рожу берегла, а тут испортили всё-таки. И так не красавица, а теперь вечно в девках ходить.

— Дай гляну…

Она подставляет мне свою щёку.

— Нормально. Слегка задело. Даже шрама не останется.

— Точно?

— А если и будет, то прикажу Болтуну тебя в жёны взять. Но тут уж, извини, без золотой кареты припрётся.

Мы начинаем нервно ржать над тупой шуткой, как умалишённые, несмотря на попытки бесцветных пробить массивную дверь. Отходняк накрыл основательный. Живы! Пусть ещё не всё закончилось, но хоть какая-то передышка. Наконец, отпускает.

— Зачем такая дверь с внутренним засовом? — интересуюсь я.

— Дык, затем самым и делают! — просвещает меня Патлок. — Всяко бывает, а тута надёжнее всего прятаться. Погребок вон с едой есть и в окна не влезут. Опытные, видать, хозяева строили.

— Ты почему не с экангандой? — грозно спрашивает слугу Альда.

— Тута нужнее. Посадил, значится, эка Ирисию в подвал, показал, как запереться и к вам на подмогу. Толку-то мне под землёй отсиживаться?

— Это да… Вовремя успел, — соглашается она. — Что дальше делать, ри Ликкарт?

— Ждём. Когда дверь сломают, будем отбиваться до последнего или пока помощь не прибудет. Погремели пистолетами знатно — должны были услышать и войскам доложить.

— А подожгут?

— Не! — за меня отвечает Болтун. — Народищу на пожар сбежится — им такого не надо. Дверцу крушить, стал быть, будут, но умаются — на совесть сделана.

Его слова моментально нашли подтверждение в виде ударов с той стороны чем-то тяжёлым. Несколько минут и одна из досок полотна поддалась под лезвием топора, показавшегося с нашей стороны. Ещё минута и доска вылетает. Тут же появляется рука, пытающаяся нащупать запор. Заноза лихо бьёт по ней своей сабелькой, почти перерубая пополам. С той стороны раздаётся вой.

— Вот всегда подобный нетерпеливый идиот найдётся, которому конечности не жалко, — сквозь зубы спокойно комментирует безопасница. — Взрослые люди, а ничему жизнь не учит.

Не отвечая, резко ткнул в дыру остриём эспады, заметив движение. Опять вскрик и ругань.

— Эй! — раздаётся голос. — Деваться вам некуда! Отдайте Ладомолиуса и сохраните свои жизни!

Меня?! Странно… Думал, что за экангандой охотятся. Что-то тут не то!

— Тяни время, — шепчу на ухо Болтуну.

— Ага! Щас! — кричит он. — Чем, стал быть, докажете, что не тронете? Болтать и я горазд!

— Ничем! Выхода у вас нет — придётся на слово верить! Вам дали приказ эканганду защищать — так и защищайте!

— А нет её тута!

— Да! — поддержала разговор Заноза. — По подземному ходу ушла!

— Врёте! Иначе бы тоже по нему сбежали, а не тут крысами дрожали! Так договариваемся или всех резать?

— Можно пару минут посовещаться? — уже я подаю голос.

— Не больше, Ладомолиус!

— Чегось дальше? — шепчет Болтун.

— Сидим и ждём. Пусть минутка, но наша.

— Ну?! — снова раздаётся тот же голос через некоторое время.

— Уговорили! Выхожу, только эка Ирисию не трогайте! — отвечаю, даже не делая попытки оторвать зад от стены.

Тишина секунд тридцать и потом новый вопрос:

— Ликкарт! Ты где?

— Здесь.

— А почему ещё не у нас?

— Передумал.

— Ублюдок! Сами напросились! Рубите дверь!

Удары топора бьют по нервам, отсчитывая последние мгновения жизни. Альда попыталась повторить мой трюк и ткнула саблей в отверстие, но бесцветные, уже наученные горьким опытом, были готовы и шибанули по высунувшемуся лезвию, выбивая оружие из руки девушки. Та со злостью швырнула метательный нож и в кого-то, кажись, попала. Несмотря на все наши усилия, скоро стало понятно, что жить нам осталось совсем чуть-чуть. Переглянувшись, мы замерли в боевых стойках, приготовившись к последнему сражению…

Слаженный грохот выстрелов заставил вздрогнуть всю нашу троицу. Завоняло порохом и гарью.

— На абордаж! — раздаётся по ту сторону двери. — Бей каракатиц! За Свободный Вертунг, Хирговы дети!

Наши! Судя по звукам происходившей схватке, резня идёт неслабая. Наконец всё стихает.

— Ри Ликкарт! Вы живы? — говорит кто-то хриплым голосом.

— Жив.

— Разрешите представиться! Ведущий второй абордажной команды энфар Сулёма! Можно просто — Красавчик! Прибыли по приказу ренгафара Венцима Ладомолиуса для усиления и поддержки. Раненые есть?