Учебный центр военно-воздушных сил в Новосеверном располагался на одном из самых больших островов в регионе - Уральном. Всего сорок лет назад, на карте ранее единого материка Евразия, эта местность носила название Уральских гор. Курсанты специализировались на вертолётах разведывательно-штурмового типа - сравнительно новых боевых машинах тактической авиации, вытеснивших с неба даже штурмовые самолёты.

Министерство обороны России в этом году отправило приглашение воспитательно-учебному центру Европейского Альянса в городе Беране - женскому образовательному учреждению на побережье острова Динар, когда-то бывшему на карте Восточной Европы Динарским нагорьем. В средних классах этой школы преподавался расширенный список общеобразовательных дисциплин и основы современной техники. Старшие курсы готовили командиров различных родов войск, включая разведку. Совсем не институт благородных девиц.

Когда-то похожая дружеская встреча оставила у Нечаева самое дорогое воспоминание. Все эти годы оно действительно согревало его и заставляло пристально следить за отношениями между двумя ближайшими конфедерациями государств. Несмотря на беспрецедентный пример Третьей Мировой Войны, утопившей мир в океане, политическая и военная ситуация вновь раскалялась до крайних температур.

– Ну, в общем, сложностей особых нет, - подытожил совещание Валерий Константинович. – Готовимся, как к обычному визиту, с дополнениями в виде специальных занятий по правилам поведения. Всё на этом. Да, и надо объявить курсантам приятную новость. Делегация ВУЦ «Беране» прибывает завтра днём.

Орзин кивнул:

– Беру на себя.

Офицеры встали из-за стола, а Нечаев нажал кнопку прямой связи с приёмной:

– Антон, зайди.

В дверях появился лейтенант.

– Давай копию видео протокола совещания, - сказал Валерий Константинович.
–  И ещё, тряпка влажная найдётся?

Адъютант засмеялся:

– Товарищ генерал, в прошлом веке живете. У роботов уборщиков только полировальные салфетки, и те под корпусом. Сейчас распакую новый пакет. Подойдёт?

– Подойдёт, давай.

Нечаев дождался ухода офицеров, забрал пачку салфеток и закрыл дверь.

Бессонница сегодня принесла пользу. Файл-пакет пришёл на электронный стол в три часа, прямо под чашку кофе. И не заметил бы, если бы не флажок особой важности. Сначала Валерий Константинович не поверил содержанию приказа, потом началось немедленное решение вопросов, а сейчас, наконец, он открыл дверцу шкафчика. На полке, в самом углу, стояла бутылка шампанского, обвязанная по горлышку красной шёлковой лентой.

– Ну, сколько лет ждём?
–  усмехнулся Нечаев.

Уже десять лет, как он командующий ВУЦа, до этого боевой офицер, и ещё раньше курсант. И эта бутылка была подарена ему именно в те годы бурной юности. Ручкой на этикетке было приписано: «Будущему генералу Валерию Константиновичу от Адрияны».

Нечаев вытер толстый слой пыли с бутылки, приставил к ней два курсантских бокала. Чистое стекло блестело отражённым светом, и Валерий Константинович улыбнулся:

– Дождались. Едет наша Яна.

В ангаре учебных вертолётов началась полётная подготовка. Майор Рорин стоял напротив шеренги курсантов со списком в руках и вполне серьёзно ругался:

– Раз в жизни, мать вашу, разрешил придумать себе позывные, так расстарались! Аланда! Это что? Птеродактиль?! Мать твою… Кто это? Покажи клюв из строя, монстра! Сафронов, ты? Охренел?!

– Товарищ майор!..

– Клюв закрой!

– Есть!

При своих ребятах Рорин в крепких выражениях не стеснялся.

– А это кто? Беркут? Ой, ё! Где эта моль безродная? Фирсов? Тебе только в шкафу шубы лопать!

– Товарищ майор!..
–  шагнул из строя курсант.

– Поговори мне ещё! В строй!

– Есть.

– Так, это кто? Колибри? Колибри. Вот, нормальный позывной для курсанта. Тормаев опять выпендрился. Кто тут ещё лётчик высшего класса? Горин… Горин, твою мать!

– Да, товарищ майор?

– Это что за позывной?

– Моя фамилия.

Лица курсантов начали краснеть от напряжённых попыток спрятать смех.

– А чего имя, отчество не приписал? Давай уж всю родословную!

– Так я же сирота. А разрешите я вас в качестве отца?..

– Лучше матери! Горин, я тебя сейчас сам назову!

– Тогда «Кречет».

– Не выпендривайся.

– Так точно.

Рорин продолжал идти по списку, выбрасывая соколов, орлов, доисторических животных и остальную буйную фантазию. Дошёл до «Зевса», разорался громче прежнего:

– Ну, давайте, боги учебного вертолёта! Обалдели? Максимов, ты чего всерьёз думаешь, я тебе по рации буду орать: «Зевс, Олимп на связи?!»

Курсанты, давящиеся смехом, наконец, не удержались, и по ангару прокатился хохот.

– Горгона будешь!
–  утвердил Рорин.