— Выметайся, — нетерпеливо произнес он, — ты же слышала, я не могу ждать.

Я замотала головой.

— Нет, я здесь не останусь! Отвези меня в приличный постоялый двор!

Но Адрей, мерзко захохотав, изо всех сил пнул меня в бедро, выталкивая из кареты.

— Проваливай! Не заставляй меня применять силу!

Я смотрела на него с ненавистью. Если бы можно было испепелить взглядом, то Адрей непременно вспыхнул бы сгорел в синем пламени. Выбора у меня не было. Этот бой я проиграла.

Возможно, если бы я стала умолять его, он бы сжалился надо мной. Но я не собиралась. Упрямо вскинула подбородок и, распахнув дверцу кареты, спрыгнула на землю. Мне, конечно, будет довольно непросто выбраться из этих трущоб, я слишком привлекательная и легкая добыча для местных обывателей. К тому же я была нездорова: меня бил озноб, а в местах укусов по всему телу горело и дергало. Но лучше пропасть здесь, чем умолять Адрея. Я понимала, за свою помощь он запросит огромную цену. И не готова была платить ее.

Кучер громко свистнул и карета за моей спиной тронулась с места и укатила прочь, оставляя меня одну посреди дороги. Мне повезло, время было достаточно раннее, чтобы ночные тати еще не вышли на охоту.

Я вздохнула, прикрыв глаза, чтобы отрешиться от боли, от плохого самочувствия, от всего. Мне нельзя быть слабой. Только не сейчас. И мне нужно подумать, что делать дальше. Торчать посреди дороги, демонстрируя на себе богатые украшения, да и себя тоже, не самая умная мысль. Но и бежать куда-то, не продумав план действий, тоже глупо. А вот нанять парочку местных, чтобы помогли мне выбраться из этой дыры в приличное место вполне возможно. Цена, конечно, будет неприлично высока, но свою жизнь я оцениваю гораздо выше, чем стоимость всех побрякушек.

Я зашагала в сторону трактира, на ходу снимая с себя серьги, кольца и подвеску. Это мой капитал, необходимый для того, чтобы выбраться из портовых трущоб и вернуться в Ясноград. Знакомых в Беломорье у меня нет... кроме того нотариуса. Значит я должна добраться до него. Он поможет мне поселиться в приличном постоялом дворе и займет денег на дорогу. Мне много не надо. Обойдусь без обоза. Мы с Тайкой и Южином вполне можем ехать втроем, верхом на лошадях. Заодно можно будет заехать в пещеры и забрать рюкзак с кубками... Все равно его нужно переправить в Республику Талот к Митке... Вернее, к купцу Ин Го Лину...

Я спрятала все снятые украшения, кроме одного кольца, за пазуху, открыла дверь кабака, из которого пахнуло кислым вином, запахом давно немытых тел и перегаром... Вполне привычный аромат в Нижнем городе. Просто я уже забыла.

К счастью в кабаке было почти пусто. Только несколько человек в сама дальнем углу пили, весело смеясь и громко чокаясь кружками. На меня они даже не взглянули. Я с облегчением подумала, что Адрей все же просчитался. Большинство матросов покинули порт на своих кораблях еще вчера перед бурей. А те, которые остались, еще не проснулись после вчерашней пьянки.

— Эй, хозяин, — я с силой хлопнула по засиженной мухами стойке. Здесь нельзя было показывать свою слабость, поэтому я держалась спокойно и уверено, несмотря на терзающую тело боль и жар. — Мне нужно добраться до портовой администрации, и хочу нанять твоих людей для сопровождения. Я щедро заплачу за работу. — убрала ладонь чуть в сторону, оставляя на прилавке кольцо.

Кабатчик, на мгновение задержав взгляд на кольце, кивнул.

— Идет, — буркнул он, одновременно неуловимым движением сметая кольцо под прилавок, — мой сын отправился за вином, как вернется, отвезет тебя куда скажешь. А пока подожди, — он кивнул на столик у самого прилавка. И добавил, — я присмотрю за тобой, чтоб мои гости не обидели.

— Благодарю, — искренне улыбнулась я кабатчику.

Он ответил на улыбку, показывая черные, поеденные кариесом зубы.

— Не боись, девка. У меня приличное заведение. Сам ночной король Яснограда не брезгует, — он мотнул головой в сторону компании, которая прямо в этот момент взорвалась хохотом, после очередной шутки.

Я ошеломленно повернулась и вдруг ясно слышала знакомый голос... Гирем?! Накатила такая слабость, что я с вцепилась в стойку обеими руками, чтобы не упасть.

Гирем... Сердце отозвалось болью.

Гирем... Ноги сами понесли к нему.

Гирем... Я страшно боялась, что он будет совсем не рад меня видеть, но не подойти к нему не могла.

— Гирем, — прошептала я еле слышно, чувствуя, как по щекам катятся непрошеные слезы.

Он поднял на меня взгляд... Чужой. Холодный. Равнодушный.

Это было как контрольный выстрел в голову. Куда там Адрею со всеми его потугами причинить мне боль и заставить страдать. Все мгновенно забылось и отошло на второй план. Остался только этот равнодушный холод, который, как черная бездна под ногами, обещал мне погибель. Я судорожно всхлипнула... отступила на шаг. Истерзанное тело заныло с утроенной силой. Жар полыхнул так, что губы мгновенно спеклись, а глаза высохли.