— Где он? — спросил Гэвин у Тамсин.

Она покачала головой, глядя на небо.

— Это похоже на чудо. В последнем бою что-то… поразило его. Удивило или задело. Я бы сказала, что мастер Никос сильно его измотал, но я бы, наверное, это почувствовала. Прости, Гэвин, я правда не знаю. Я хотела бы увидеть Тапио живым. Очень хотела бы…

— А я бы хотел, чтобы все это закончилось, — сказал Гэвин. — Мне надоело быть вторым после брата, но теперь я думаю, что счастлив был бы остаться вторым до конца своих дней.

Солнце взошло, и армия двинулась на восток. Не успело оно пройти и половину пути по небу, как авангард сообщил Гэвину о встрече с графом Приграничья и его кавалерией на северных лошадях. Сразу после полудня Гэвин с бесконечным удовольствием раскланялся с принцем Окситанским и представил ему Сказочную Королеву, сиявшую от счастья.

— Вы забрались далеко к западу от тех мест, где я вас ожидал, — сказал Гэвин графу Гарету.

Граф Приграничья кивнул:

— Может быть, это глупо, но я хотел оказаться здесь, чтобы помочь вам избавиться от погони.

— Насколько мне известно, мне удалось оторваться, и противник движется по северному берегу Кохоктона.

— Я сделал все, что мог, в Лиссен Карак и пошел дальше. Ранальд Лаклан и авангард королевы отстают от меня всего на два-три дня, мы должны прибыть в Лиссен Карак вместе.

— Молите Бога, чтобы дракон не смог прорваться мимо вашей пехоты, — мрачно произнес Гэвин. — Как у вас с герметистами?

— Не очень хорошо.

Гэвин свел брови.

Далеко к северу от реки повстанцы и ирки очень медленно продвигались на восток, иногда делая менее десяти миль в день.

Страна была искорежена. На западных отрогах осенних Эднакрэгов красивые буковые рощи перемежались обширными болотами и ольховыми зарослями, растянувшимися на сотни шагов. Ирки шли легко, людям было сложнее.

Билл Редмид оперся на лук и окинул взглядом бесконечные золотые листья.

— Мы слишком далеко забрались на север.

— Так и должно быть, — сказал Тапио. — Мы не можем позволить с-с-себе, чтобы нас-с-с обнаружили.

— У моих людей осталось стрел по пять. Я понимаю, что драться мы не можем. Но идем слишком медленно.

Квокветхоган приходил в себя. Он поднял голову.

— Я знаю эти деревья, — сказал он, — я знаю огромный кап там, у ручья. — Он указал бронзовым когтем, и Редмид увидел древний клен с капом размером с хороший стол сбоку ствола. — Мы зовем его старым богом, — сказал Квокветхоган. — Мы не так уж далеко от дорог, по которым ездят люди. За следующим гребнем проходит одна из наших троп. Она бежит к Сононгелан, вы зовете эту реку Черной.

— Тропа? — В сердце Редмида затрепетала надежда.

— Шире, чем я в плечах, и гладкая, как мой хвост, — ответил Страж.

— Черт, — вздохнул Редмид.

Беды Эша с метафизическими перемещениями достигли своего предела. Потеря колодца на севере требовала немедленной контратаки. Но в первый день ему стоило соблюдать осторожность: он израсходовал свои ресурсы и был уязвим, а бесконечные ограничения, накладываемые реальностью, продолжали омрачать его планы.

Он отказался от грандиозного плана по захвату остатков вражеской армии силами боглинов, переброшенных через Кохоктон колдовством, он отказался от идеи кидать в самых важных врагов глыбы льда или камни. У него была сила, но за нее приходилось платить. При этом он знал, что потерял значительное количество боглинов. Кто-то сдался врагу, а кто-то просто убрел, чтобы жить своей жизнью или вернуться в свое гнездо.

Эш взлетел с земли на рассвете, забил по воздуху огромными крыльями, чувствуя, как сдвигается реальный мир. На западе четыре столба пепла поднимались в затянутое облаками небо. Четыре из недавно образовавшихся вулканов все еще извергались. Созданные ими облака пепла и миазмы изменили солнечный свет.

К северу от Внутреннего моря у него осталась еще одна армия, но она была слишком далеко, чтобы захватить остров. Он бросил эти силы на осаду сети естественных пещер и укреплений, принадлежащих Моган, на дом могучих северных Стражей. Но воины увязли в бесконечных мелких стычках, которые требовали почти постоянного внимания Эша. Страж-альбинос Лостенферх, его лейтенант, владел магией, но не умел обращаться с лучниками и каждый день тратил время Эша.

Эш забыл о своих северных воинах. Их очень мало, и они придут слишком поздно. Им не удалось отвлечь Моган никакой ценой.