На утро мое вчерашнее состояние не изменилось. У меня также болела и кружилась голова. В дополнении к этому, когда я пошла мыться проявились синяки на шее и руках, где меня держал Антон. Не знаю, может они конечно проявились и вчера. Но мне было не до разглядывания себя в зеркале.

Одела легкую водолазку, чтобы скрыть следы и не пугать моих домочадцев.

Спустилась на завтрак. Но поняла что не могу съесть и крошки. Тошнота находила волнами. Выпила только воду с лимоном. Это заметила Тамара Николаевна.

— Милана, с тобой все в порядке? — обратилась она ко мне.

— Голова болит и кружится, тошнит, — не стала я отнекиваться. — Вчера стукнулась головой, — и прощупав затылок, поняла что там немаленькая шишка образовалась.

— Может стоит съездить к врачу? — спросила уже тетя Катя. А я действительно поняла что это надо сделать. Потому что терпеть боль, больше не было никаких сих. Да и все состояние в целом было отвратительное.

— Сейчас позвоню в клинику, где мы были, — махнув Тамаре Николаевне.

— Я поеду с тобой, — тут же сказала женщина. И начала быстро прибирать со стола, заметив что уже никто не ест.

На звонок в клинике, мне сразу ответили и записали через час на прием к терапевту. Поехали мы на такси. Водить в таком состоянии было невозможно.

После осмотра у терапевта, меня направили к неврологу. Это был уже известный нам врач — Владислав Александрович Макаров. К нему, как и к терапевту я заходила сама. Попросив Тамару Николаевну подождать у кабинета. Не хотелось бы при женщине, если мне зададут вопросы, как то врать. Не то что бы я не доверяла ей. Естественно позже я расскажу ситуацию в которой побывала. Просто скорее всего не буду говорить всего.

После аккуратного осмотра головы, Владислав Александрович, выявил диагноз — сотрясения мозга. А затем он случайно, наверное, из-за отодвинутой горловины водолазки заметил и следы синяков.

— Снимите верх пожалуйста, — попросил он, даже как-то строго.

— Зачем, — отдернув вверх, задала вопрос я, уже понимая ответ.

— Снимите, — только повторил он.

— Кто это сделал? — серьезно спросил, когда увидел всю картину.

— Не важно. Этот человек далеко, — не хотела вдаваться в подробности я, одевая обратно кофту.

— Это ваш мужчина, о котором вы говорили ранее? — все же поинтересовался он хмурясь.

— Нет, — выдохнула тяжело я. — Это не он.

— Милана, я могу зафиксировать все следы и травму головы. Надо написать в полицию. Тот человек успел сделать что-то еще? — не говоря конкретно, но я поняла о чем хочет спросить врач.

— Нет, не успел, — и сейчас не специально, но меня прорвало. Слезы потекли просто ручьем. Владислав Александрович, присел рядом со мной на кушетку и аккуратно приобнял меня. Он слегка гладим меня по спине, и говорил что-то успокаивающе. В тот момент я даже не разбирала слов. Потому что истерика все же меня накрыла.

Спустя минут пять, может десять, не знаю сколько прошло времени, я все же успокоилась. И даже умылась в закутке с раковиной, что обнаружилась у врача в кабинете.

— Не надо ничего делать, — все же сказала я вернувшись к столу. — Владислав Александрович, я не буду писать заявления.

— Влад.

— Что?

— Называй меня пожалуйста, просто по имени, — попросил он.

— Хорошо.

— Я назначу тебе ряд анализов, необходимо сдать их в ближайшее время. Ты сегодня уже ела? — уточнил Влад.

— Нет, только выпила воду с лимоном, — сказала как есть ему.

— Хорошо, тогда прямо сейчас и иди, — выписывая мне разные бланки сказал он. — Завтра они будут уже готовы, и приезжай снова ко мне в это же время. А на сегодня, выпий вот это лекарство. Станет немного легче. Выписал он мне рецепт.

— Хорошо, спасибо Влад, — ответила я забирая листы.

— Как Тамара Николаевна? — спросил он когда я уже собиралась уходить.

— Уже гораздо лучше. Прошла все процедуры, что ты назначал и сейчас только принимает препараты.

— Я рад, — ответил мужчина. — Милана, — с небольшой паузой он продолжил. — Если понадобится моя помощь, звони в любое время.

Я кивнула в ответ. Слова сейчас были излишне.

После сдачи анализов, мы с Тамарой Николаевной поехали домой. И весь оставшийся день я провела там же. Играла с сыном насколько позволило состояние, а во время его обеденного сна все же села поговорила с женщинами. Не вдавалась в подробности. Сказала лишь, что там в столице на меня напал человек. И вот последующее этому мое плохое самочувствие. Показала все же и свои синяки, чтобы для них это после не стало сюрпризом. Так как за один день они не сойдут и скорее всего, женщины их все равно увидят.