— Ну и черт с тобой — не выдержав цедит Рогозин. Затвор пистолета. И четкая мысль, не смогу увидеть месть. Свой план. Бывший друг прав. Влип из-за юбки. И Леся. Не извинился лично. За все, что сделал. Использовал. Обижал. Отталкивал. Избили из-за меня.

Секунда. Две. Три. Слышится падение. Звук битого стекла. Не сразу понимаю, происходящее.

— Что? Кто? — взволнованно произносит Шаповалов, когда один за другим охранники стали падать. На земле быстро растекалась кровь, а дырки в голове говорили о точном попадании с одного выстрела.

Быстро использую ситуацию. Собираю остатки сил, и выбиваю пистолет из рук Рогозина. Мужчина не успевает ничего понять. Мгновенно перекатываюсь за обломки автомобиля. Николай и Юрий убегают в противоположную сторону.

— Кто ты? Покажись? — в голосе явно были нотки волнения, но не настолько сильные. Все таки, отец Аси, бывал в «боях», умеет взять контроль над эмоциями.

В ответ лишь тишина. Гнетущая. Мне становится понятно. Догадался о снайпере. Только один человек на такое способен. Бесшумно. Быстро. Точно в цель. Укрытия не видно. Если бы захотел убить разом, то в живых бы не оставил. Предоставил право выбора мне.

Струйка крови стекает по шеи. Перехватываю рукой, но капли упорно пробиваются сквозь пальцы. Плохо дело, голову разбил сильно. Прочищаю горло и твердо, как ни в чем не бывало произношу.

— Уходите. Даю шанс.

— Где гарантии?

— Их нет — скрывая боль издаю смешок.

Не могу даже двинуться с места, но судя по звукам друзья пробираются к одному из джипов. Выкидывают труп водителя, словно мешок с картошкой и быстро нажимают на газ. Рёв мотора пронзает тишину. Клубы пыли подхватывает ветер и разбрасывает недалеко от моего укрытия.

Темнота становится все ближе. В глазах начинает мерцать. Опускаю голову и вижу кровь. Футболка вся пропитана ей. В момент удара накрыл Асю. Осколки битого стекла врезались прямо под ребра, когда машина перевернулась. Кажется, одна из них оказалась слишком острой.

— Хреново выглядишь — отлипаю глаза и вижу сначала расплывающийся силуэт, затем лицо. Мужчина присел на корточки напротив и сомнений никаких не осталось.

— Как узнал? — закашлявшись произношу, не пытаясь скрыть обессиленное состояние.

— Гулял, услышал звук. Думал случилось чего, помощь кому нужна. А это всего лишь ты оказался.

— Огорчен?

— Разочарован — оба усмехаемся, а друг помогает подняться.

— Держись за меня. Придётся немного пройтись.

Нет сил возражать и что-то отвечать. Каждый шаг даётся с трудом. Темнота полностью овладевает. Перед глазами все плывет. Друг уже несет на себе.

— Как же обещание, которое дал супруге?

— Лана ничего не узнает. С детьми отправил подальше от сюда. Вот и машина.

— Обязательно расскажу — смеясь произношу и спасительно отклоняюсь на сидении.

— Вот и помогай в следующий раз.

— Не думаю, что будет следующий раз — бубню, и полностью отключаюсь.

— Будет. Не из таких переделок выбирались — с усмешкой произносит Тимур Адьялов. И это последние четко услышанные слова.

Держусь какое-то время, слышу вдалеке подбадривающие слова друга. Затем спасительная темнота уносит сознание. Становится даже легче дышать. Тело наполняется лёгкостью. Словно могу полететь. Машина стремительно набирает скорость. Голос Тимура звучит все дальше и дальше. Не различимо. Это конец?!

Солнечные лучи уже затопили комнату. Медленно поднимаюсь, боль от полученных травм немного притупилась, но никуда не ушла. Чувствую слабость, но нужно вставать и начинать понемногу двигаться. Возвращаться к делам. В аварии сломал пару ребер, получил сотрясение, но в целом, могу считаться счастливчиком. Доктор утверждает, быстро иду на поправку. Первые две недели пробыл у Тимура, почти в бессознательном состоянии. Но неделю назад удалось сбежать из-под опеки друга. Говорят дома и стены лечат. Встряхиваю головой и осматриваю спальню. Забавно, этот огромный и холодный особняк вора в законе, по прозвищу Бек, всегда казался мне бездушным. Вычурным. Слишком безжизненности. Сам даже не подозревал, когда это место стало родным домом. Местом куда хочется вернуться.

Подхожу к окну и осматриваю местность. Охрану пришлось утроить, ведь Шаповалов с Рогозиным все еще на свободе. Надо бы выяснить обстановку. Пока болел, пришлось забаррикадировать особняк, настало время вернуться и поставить жирную точку.

С этим настроем открываю шкаф, нахожу привычные джинсы и простую футболку чёрного цвета. Спускаюсь, мысленно планируя день. Надо бы связаться с Рамой и Кабаном, разведать обстановку.

— Зачем спустился? Позвал бы. Принесу что нужно — девушка оказывается рядом, едва появляюсь в гостиной.