Ранним утром Лина отправилась в душ, чтобы смыть все эти прикосновения Чернышевского, отмыться от которых вчера не было сил. Она упорно терла мочалкой влажное тело, но оно как будто пропиталось запахом сигаретного дыма с ментолом. Бросив никчемный предмет в воду, Ангелина надела привычную длинную форму горничной и спустилась вниз.

Она прошла на кухню и села за стол, не зная чем себя занять. Было слишком рано, и все ещё спали. Перед её глазами мелькнула какая-то яркая коробочка, приземляясь перед ней на стол. Это были конфеты, которые с улыбкой во все тридцать два зуба принёс Степан.

— Ангелина, улыбка идёт тебе куда больше, думаю, гормон радости должен помочь, — бодрым голосом произнес Степан и уселся напротив девушки, которая слегка смутилась, заставив парня засмотреться на неё.

— Спасибо, но не стоило, — замялась Лина, смотря на парня из под опущенных ресниц, пряча свой взгляд. Глаза парня вспыхнули озорным огоньком, а на лице было явное довольство ситуацией.

— Ангелина, ты очень хорошая девушка, — начал более уверенно парень. — Ты почти никуда не выходишь, разрешишь показать тебе одно очень необычное место на территории особняка.

— Д-да, я не против, — тепло улыбаясь, согласилась Лина, Степан вызывал доверие, ему хотелось верить. Он открыто и без издевок общался с ней, чем заставлял юное сердце трепетать.

— Тогда сегодня в семь, — мягко произнес парень.

Лина согласно кивнула, и подняла свои глаза, встретившись с темными, метающими искры глазами Чернышевского, который стоял у входа в кухню. Поза пренебрежительна, а чёрный идеально сидящий костюм, только сильнее подчеркивал глубину его темных зрачков. Мужчина усмехнулся уголками губ и, метнув на девушку уничтожающий взгляд, удалился.

Ангелина сглотнула и немного поежилась, как человек с такими неживыми глазами, может одним взглядом убивать на месте. Когда Степан заметил настороженный взгляд Лины, то обернулся, но Романа уже и след простыл.

— Что ты там увидела?

— Н-ничего, — ответила Лина и натянуто улыбнулась парню.

— Тогда до вечера, — Степан соскочил со стула и направился выполнять свои дневные поручения.

Лина же, мягко ступая по полу, нерешительно шла к Диане, было стыдно смотреть в её глаза. Девушка приоткрыла дверь, стоило девчонке увидеть Ангелину, как она тут же соскочила и подбежала к ней, крепко обнимая. Она осторожно ухватилась своей ручкой за рукав девушки и потащила за собой вглубь комнаты, желая показать ей свои творения за время её отсутствия. Лина не смогла сдержать слёз, это маленькая крохотная малышка так привязалась к ней за пару дней, что в груди больно жгло от того, как она посмела так поступить с ней и бросить. Девочка улыбаясь показывала, что слепила из пластилина, как смогла написать пару букв алфавита и тому подобные достижения.

В обед, по традиции Лина несла поднос с горячим кофе в кабинет Чернышевского. Только теперь на нём находились две чашки, ей было дозволено принести горячие напитки, хоть там и был какой-то гость. Она хотела серьезно поговорить насчёт девочки, но скорее всего сейчас не лучший момент. Собравшись с духом, Лина постучала в дверь кабинета и, услышав глухое «да», вошла, замечая, как за спиной, сидящего в кресле Романа, стоит Анфиса в чёрном строгом платье. Она старательно разминала плечи мужчины, то и дело, словно случайно, касаясь его грудью или играючи забираясь пальчиками под воротник его белой рубашки.

— Ваш кофе, — во рту был какой-то привкус горечи, хотелось чем-нибудь его запить. Щекочущее ощущения опустошенности мерзкими шажками распространялось внутри.

— Хорошо. Как Диана? — не стесняясь находившейся рядом Анфисы, строго уточнил Чернышевский, даже не взглянув на стоящую перед ним девушку.

— Лучше. Я бы хотела, чтобы вы разрешили ей общаться с другими людьми в этом доме, — неуверенно пролепетала Лина, прижимая пустой поднос ближе к груди.

— Исключено! — тон, не требующий дальнейшего пояснения.

— Ро-ом, может это и правда хорошая идея? — мелодично протянула брюнетка, наклонившись к лицу мужчины, чем заставила его посмотреть на неё.

— Чтобы никто не знал кто она вам, представим её моей сестрой, которую не с кем оставить. Девочке не хватает общения, она слишком зажата, ей надо показать, что людям можно доверять, — в запале на одном дыхании выпалила Ангелина и сильнее ухватилась за края подноса, так что костяшки пальцев побелели.

— Я подумаю над этим. Свободна, — резкие безэмоциональные слова больно ударили слух, заставив девушку отступить на пару шагов назад, а после и вовсе развернуться и покинуть спешно кабинет. Последний взгляд на Анфису, которая уже вовсю присосалась к шее Чернышевского, вызвал в Лине колющие простреливающие грудь ощущения. Мерзко было от того, что он так свободно находился в её власти, а после, скорее всего уже не раз, касался своими руками тела Ангелины.

Стараясь выбросить Романа из головы, Лина загрузила себя работой, занималась с малышкой, прибиралась вместе с ней в её комнате, и всячески пыталась донести до малютки, что существует добро, в которое нужно верить.

Вечером в семь часов, как и договаривались со Степаном, они встретились перед входом в особняк. Мужчина счастливо улыбался и тепло проговорил:

— Я думал, ты передумаешь. Пойдём, — мягко предложил парень, протягивая свою руку. Ангелина слегка растерялась, но ей хотелось отвлечься от всех этих ужасных проблем. Может общение со Степаном хоть немного отвлечёт её от всех нынешних тягот.