— Вот, если кашу поешь, — нашлась бабушка, — тогда рот на замке держать буду.

— Я все съем! Все-все!

Животное под моим чутким руководством отправилось в места не столь отдаленные. За решетку. В прямом смысле. Джерри мы закрыли в клетке.

От пережитого потрясения мой котелок заварил. Да и сама я проснулась, хоть и спать жуть как хотелось. Прилечь на кроватку, одеяльцем с головой накрыться и дрыхнуть до самого вечера, а лучше — до завтрашнего дня. И начхать на эти дела! Поделом им, без Дуньки справятся! Однако, все это было не более, чем мои грезы. На деле же, шустро перекусив кашей и запив ту остывшим чаем, почапала собираться на работу.

Натянула простейшие джинсы дудочки, огромный бежевый свитер крупной вязки, завязала дулю на голове. На губах обычная гигиеническая помада с ментолом, исключительно в лечебных целях, дабы губы не обветривались, и я готова к труде и обороне. Будь тут Фролова она бы сию минуту же высказала свое «фе» и вдобавок рожу сквасила. Ну, а мне в самый раз. Время даром не уходит, да и куда мне прихорашиваться? Чай, не на гулянку чапала, а на работу родимую. Перед кем там красоваться-то? Разве, что перед почившим Львом Толстым в трех томах «Войны и мира», или же его соратником, глубокопочтенным А. А. Пушкиным.

Нет, вопреки всеобщему мифу, что библиотека прошлый век и уже изжила себя, в нашу частенько заглядывали любители почитать, да и студенты бывало. Однако, это были не те красавчики, непризнанные братья Брэд Питта, а ботаны класса обыкновенных. Дохленькие, невзрачненькие, преимущественно молчаливые книжные черви. Фролова, конечно, бурно протестовала, мол, свою судьбу можно встретить даже возле мусорного бака. А мне-то что? Я свою уже давно встретила…

Выходя, ко мне подошел Игорек. Как обмолвилась бабуля он у нас до вечера, ибо эти «проклятые» ворюги опять свет экономят! Пол дома отключили, пол дома работает! К счастью, мы относились ко второй половине. Впрочем, ненадолго… Ежели сегодня свет отключили у первой половины дома, то жди беды у нашей послезавтра. Когда доблестный отряд пенсионеров пошел жаловаться на такое сумасбродство и самоуправу, то ему вежливо ответили: «Нечего тут кудахтать мне! Сказали же русским языком: ремонтные работы! От ушлый народ!»

— Теть Дуня, — потянул меня мальчишка за рукав куртки. Ну вот, уже тетя… — а вы можете, пожалуйста, взять для меня сказки?

— Если перестанешь называть меня тетей, — взлохматила ему волосы, — то даже две.

— Хорошо, те… — оступился Игорек, — Дуня, — закончил мальчик, радостно улыбаясь.

Что нужно еще ребенку? Пару сказок и счастья полные штаны! Эх, вот бы мне так…

— Какие принести? — поинтересовалась, наматывая шарф. С шапкой беда. Она до сих пор у Белова…

— Про богатырей и змей Горыныча!

Выбор ребенка меня удивил. Нынче все как один помешались на монстрах всяких.

— Договорились, богатырь, — дав пять Игорьку, произнесла. — Бабуль, я ушла!

— Аккуратней смотри, и не задерживайся! По телевизору передавали, что маньяк завелся.

Ох, уж эти телевизоры…

— Простите, но мы не можем вам дать эту книгу. У вас просрочка по прошлой, — ответила я мужчине, настоятельно требующего книгу по «Рекордам Гиннеса».

— Прелесть, послушай, — развязно начал говорить этот представитель мужского пола, — мне нужна эта хреновина. Позарез! — рукой провел у горла, показывая как сильно нуждался в несчастной.

Щас прям! Так я ему и дала книжку! Хапуга! Он мне еще прошлую не вернул! А деньги за нее, простите, кому платить? Мне? Вот, твердила мне Алевтина Георгиевна, чтобы сомнительным личностям не выдавала, а я добрая душа… Держите, пожалуйста!

— При всем уважении, — довольно вежливо отозвалась, — но таковы правила. Или верните книгу, или заплатите за нее.

— Тьфу ты! Сколько?

Озвученная сумма повергла мужика в шок. Кашлянув, он почесал затылок.

— А когда принести нужно?

— Принести нужно было еще три дня назад. Теперь вам нужно заплатить за просроченные дни.

— Сколько?

На сей раз он спокойно выдохнул и даже улыбнулся, демонстрируя зубы явно нуждающиеся в стоматологе.

— Ну это, девонька, еще по-божески! До свидания!

— Всего доброго.

— И что за цены у вас такие? Небось себе откат делают! — бормотал он, уходя.

И ничего мы себе не брали. Мы, библиотекари, — народ честный! А цены у нас, между прочим, на порядок меньше, нежели в магазине.

Остаток рабочего дня прошел менее сумбурно. Посетители были добропорядочные и вежливые, а также тихие. Отчего-то многие, как только заходили в библиотеку, тут же начинали говорить на тон тише. Работа, не сказать что не пыльная, но была мне по вкусу. В окружении книг, уюта и тепла, я чувствовала себя в своей стихии. Особенно, когда поступал вечер. За окном темнело, а режущий свет в глаза можно было выключить, оставив включенными несколько настольных ламп.

— Молодой человек, мы через десять минут закрывается, — предупредила юношу, увлеченно скатывающего задачи из учебника с громким названием «решебник».