* * *

Сгрузив в своей комнате пакеты и чуть отдышавшись, Ната собралась было выйти на кухню, но её остановила заглянувшая Алина:

— Осторожно, там Рома с Аней сидят, ну ты понимаешь…

— Объяснились? Здорово! — обрадовалась Лесная Сестра. — Но побеспокоить их всё-таки придётся, Аню же посвящать в полные феи скоро будем. Ну и Лару, конечно. Кстати, где она?

— Занята пока, через полчаса будет. А что, регалии готовы?

— Вот через полчаса и наведаюсь узнать. Анечка! — вполголоса позвала Ната. — Можно войти?

— Конечно, — ответил мужской голос с кухни.

Сцена, открывшаяся взору фей, по меркам двадцать первого века была всё же верхом благопристойности — сбросившая туфли и залезшая с ногами на диванчик Аня, счастливо зажмурившись, обнимала Романа, а тот с совершенно дурацкой улыбкой перебирал её волосы. «Однако стеснительный парень!» — подумала Алина. — «Даже под блузку девушке не залез! Хотя что это я… Вот уж воистину — пришла поручица Ржевская и всё опошлила!»

— Анечка, — Лесная Сестра осторожно тронула ученицу. — Прости, что разлучаю вас, но это ненадолго. Кольцо на тебе?

— Ага-а… — разлепила глаза слегка задремавшая Аня. — А что?

— Ты сегодня станешь полной феей, сестрёнка.

— Правда? — вскочила ученица. — Ура-а! И на Тарлаоне смогу побывать?

— Конечно! — рассмеялась Ната. — Кстати, посвящать тебя будут именно тарлаонки. Ох, Рома, прости, совсем про тебя забыли! Ты-то сам как, уже можешь появляться?

— Да! — торжествующе воскликнул Роман. — Сегодня уже получалось!

— Тогда сходи к себе переоденься. Форма одежды — парадная!

* * *

— Что здесь вообще происходит? — вскинула брови Лариса. — «Домового ли хоронят, ведьму ль замуж выдают?»[2]

— Скорее второе, — хохотнула Алина. — Даже двух ведьм, если на то пошло.

— Не нас с тобой друг за друга, надеюсь?

— Лара, не смешно! «Девичий переполох»-то просто потому, что Аню посвящаем в Лесные Сёстры.

— Ого! Быстро она, молодец!

— Молодец-то молодец, да только можно было с этим не спешить, она же школьница ещё! Но… они с Романом умудрились влюбиться друг в друга, представляешь? Мы-то думали, Аня хоть какие справочники по сельскому хозяйству поизучает для нашего тарлаонского проекта. Она, понятно, ещё не агроном, но все остальные-то ещё дальше от этих вопросов. А теперь — дай Бог, чтобы на школу сил хватало у девочки!

— Ну влюбилась и влюбилась, — Лариса недоуменно пожала плечами. — Посвящать-то так срочно зачем, не поняла?

— Затем, — хмыкнула Ледяная Дева. — Фея полного посвящения имеет полный же иммунитет к гомиозу, а ученица — нет. Да даже сильная влюблённость сама по себе может помешать ученице дорасти до феи, понимаешь?

— Гомиоз? А, поняла! — расхохоталась ученица. — Инвазия личинкой примата Homo sapiens? А если фея всё-таки хочет детей?

— Леренна рассказывала, что бывало и такое — Лесная Сестра слагала с себя регалии, выходила замуж и рожала детей. И никто её за это не осуждал, наоборот, покровительствовали и ей, и её детям. Но быть феей она переставала навсегда.

— Не дай Бог такого! — передёрнулась Лариса. — Это как же надо с ума сойти, чтобы служение Лесной Сестры на материнство променять?

— Лара, не осуждай! — укоризненно посмотрела Алина. — Я тоже не понимаю, но я-то Ледяная Дева, а не Лесная Сестра! Они, как ты заметила, классические женщины и почти матери, только что не биологические. Ты знаешь, как Ната над Дашей склонялась год назад? Как мать над колыбелькой! А про Белку и говорить нечего, у неё теперь две матери, и ещё неизвестно, какая роднее. Так что ничего удивительного, что иногда Лесным Сёстрам начинает хотеться свою колыбельку. Путь Свободы, не забывай!

— Понятно, — девушке стало немного стыдно за свою резкость. — А «вторая ведьма», я так понимаю, Даша? Следовало ожидать, я же видела позавчера, как она на Алексея смотрела.

— Лара! — взвилась Ледяная Дева. — Видела — и не сказала?

— А что бы это изменило? — Лариса опять пожала плечами.

— Действительно, что это я? Извини. Но как бы то ни было, ей тоже будет не до Тарлаона.

— Ну да, отношеньки, конечно, приятнее, — процедила ученица.

— Лара! Не смей! — Алина гневно сверкнула глазами. — Вот про них — не смей так говорить! «Отношеньки» ещё могут быть у Ромы с Аней, а у Алексея с Дашей — такая бездна человеческой трагедии, которая тебе и не снилась! И мост через эту бездну может навести только очень большая любовь, а не «отношеньки»!

— А мне-то откуда об этом знать? — огрызнулась Лариса.

— Хорошо. Всё от меня узнаешь, но при двух условиях. Во-первых, чтобы дальше тебя это не пошло ни к кому. Вообще ни к кому, понимаешь? Даже к нашим! Во-вторых, ты по-настоящему впряжёшься в наш тарлаонский проект. Я уверена — сможешь заменить и Дашу, и Аню, ты всё-таки географ, то есть немножко историк и немножко агроном. Ну некому больше из «молодой гвардии», понимаешь? — обессиленно поникла Алина. — Только тебя эта любовная лихорадка не затронула!