– Мне нужно, чтобы ты перестал брыкаться, а то тряпка всё время слетает! – проворчало знакомое лицо с улыбкой.

– Белка… – облегчённо протянул Кощей и попытался улыбнуться в ответ.

Мокрая тряпка шлёпнулась ему на лоб. В глаза попала вода, и он зажмурился.

– Тихо-тихо…

– Очнулся? – голос Хохмача пронзил темноту.

– Ага, говорила же! Поди, подержи тряпку, а то он вертится. Мне обед подать надобно.

Скрипнул по полу табурет, совсем близко зашевелился воздух, и Кощей почувствовал горький запах дыма. Он брезгливо поморщился.

– Что такое? – притворно удивился Хохмач, – ведь твоя идея была… эти Огнебои.

– Хвостобои… – прохрипел Кощей.

На тряпку опустилась рука и поправила её. Кощей сильно зажмурился, проморгался. Лицо Хохмача сияло под грязными пятнами и подтёками.

– Красавец, нечего сказать… – скривился Кощей, – фу, отодвинься… меня сейчас вырвет…

– Вот теперь точно очнулся! – Хохмач согнулся в церемонном поклоне, – прошу прощения за свой непристойный вид и этот аромат, Ваше Высокородие! Опять отбиваться пришлось.

Кощей скорчил гримасу отвращения.

– Теперь от этой вони не избавиться…

– Лучше уж тут навонять, чем гнить в Роще, – резонно заметил Хохмач, почёсывая чёрную голову, – как ты? Голова болит? Здесь болит? – он ткнул в рёбра.

Кощей зашипел:

– Теперь да…

– Белка перевязала раны, но, кажется, основные проблемы внутри, Кош. Боюсь, ты себе рёбра переломал. Как тебя вообще угораздило?! И что за девчонку ты притащил?

– Девчонку? – голова не соображала. Кощей прикрыл глаза.

«Девчонку…»

– Эй! – Хохмач бесцеремонно тряхнул друга. – Ты как?

– А! – Кощей вдруг вспомнил и попытался приподняться. – Заноза! Где она?

– Нет, нет! Лежи давай, – Хохмач прижал его за плечи обратно. – Ты что удумал? Она же меня убьёт!

– Кто? Заноза?

– Ай, да нет же! Белка! Соображай давай. И тряпку не скидывай. У тебя ещё жар.

На лоб снова плюхнулась мокрая тряпка. Кощей стиснул зубы.

– Кош, так кто она? Та девка… – осторожно поинтересовался Хохмач.

– Сестра мелкого выскочки.

– Что-о-о!? – Хохмач недоверчиво прищурился, тряхнул чёрной шевелюрой и встал. – Ничего не понимаю! Сестра мелкого?! Ты про ТОГО мелкого говоришь?

– Да.

– Но он же…

– Да.

– Но они же…

– Да. И всё же.

– Но как она там оказалась?

– Договорилась с Военегом…

– Вот заноза! – Хохмач зашагал по комнате, ероша волосы.

– И я о том же.

– Так зачем притащил?! Кош! О чём ты думал?!

Кощей нахмурился, припоминая:

– Не знаю. Мы её грача посадили и… постой, а как она?

Хохмач остановился и разочарованно выдохнул.

– Получше, чем ты. В Клети сидит.

– Хочу взглянуть, – Кощей снова поднялся на локтях и протянул руку. – Помоги-ка…

– Белка велела… – запротестовал было Хохмач, но, встретив непреклонный взгляд вожака, замолчал. Потом тихо ругнулся и подставил свои плечи под руку, помогая встать с постели.

– Белка велела… – поддразнил Кощей и сморщился, – ай-й-й… ты прав, чувствую, как рёбра трещат, – он со свистом втянул воздух. – Как бы не развалиться по пути… Сколько я спал? Остальные вернулись?

– Да. Мы две ночи вокруг тебя носились.

– Две?! – Кощей остановился на миг, не веря своим ушам. Точнее, тому, что от них осталось. – Две ночи! И она всё это время торчит в Клети?

– Заноза-то? Ага. Откуда нам было знать, кого ты нам притащил… – упрекнул Хохмач. – А тебе было не до объяснений, знаешь ли. Занят был. Выкарабкивался с того света. Мы тут волосы рвали, не знали, что с тобой, а она «вожака ведите» заладила. Вот и заперли упрямку. Чтобы посговорчивее была в следующий раз. Да что тебе до неё? Она с Военегом договорилась! – напомнил он.

Помолчали, волочась вверх по тёмному коридору. Впереди нитью маячил свет. Кощей вдруг вспомнил:

– Мне такой странный сон снился… – он поморщился, – там была моя семья… и твой брат…

Невидимый Хохмач повернул голову, будто мог разглядеть лицо вожака в темноте.

«Не удивлюсь, если может… – поползли мысли, – что-то в нём есть такое… ведь проболтался однажды, что их род происходит от совятников. Значит, слухи не врут. Неудивительно что их так боялись. Неправильно это всё. Зато как полезно… Военег небось локти кусал, когда Хохма мою сторону взял…»