Надо просто вспомнить кадры с изнасилованной и побитой Вадиком девушкой. Это тоже сделал он, криминальный авторитет и уголовник Вадик Северов. Только вот почему-то не получается поставить на паузу одно внутренне видео и переключить на другое. Надо собраться с духом. Просто поставить свою чертову подпись на чертовом документе. Этой чертовой гелевой ручкой.

— Лора Николаевна, — позвал ее Минаев. Она подняла глаза и увидела, как у немолодого мужчина слезятся глаза: — Он мою дочь… мою кровиночку… вы сами видели, что он сделал с ней… — всхлипывая, он продолжил добивать Лоре сердце: — Он же не просто растерзал ее тело, как последнее чудовище. Он унизил ее, выставив на всеобщее обозрение. Отдал своим монстрам охранникам. Он хотел уничтожить меня. Чтобы я отказался от должности в угоду уголовникам, потому что им не нравились мои государственные решения. Моя бедная дочь поплатилась за то, что я верой и правдой служу своей стране.

Лора опустила глаза. Почему сейчас не может ударить молния, как в мультике “Охотники за приведениями”, и расколоть землю надвое, чтобы она провалилась от боли и стыда под землю и больше никогда не выходила на свет?! Вздохнула, собираясь сделать то, что должна. Нет, ОБЯЗАНА! Наказать Северова. А для этого нужно просто решиться поставить подпись. Одну проклятую подпись… Гребанная гелевая ручка, почему нельзя было найти нормальную, обычную шариковую?

— Лора Николаевна, моя дочь сейчас находится на лечении за границей. Мало того, что он надругался над слабой и беззащитной девчонкой, вдобавок, это чудовище подсадил ее на героин, — видя ее мучительные сомнения, Минаев решил добить ее последним аргументом. Точно сработало, если бы не одно “но”…

— Что вы сейчас сказали? — спросила Лора, вглядываясь в лицо толстяка.

— Моя дочь находится на лечении…

— Нет, последнее. Что вы последнее сказали? — уточнила она.

— Он подсадил ее на героин, — сказал Минаев, вытирая скупую мужскую слезу. Такую лживую…

— Вадик ненавидит наркотики, — на автомате прошептала Лора.

— Что?

— Вадик Северов НЕНАВИДИТ наркотики! — отчеканила каждую букву Лора и отшвырнула от себя проклятую ручку. Гребанный йод, полегчало-то так! Лысый псих этого не делал! — Я не буду ничего подписывать. Но вы хорош! Почти получилось!

— Лора Николаевна, я не понимаю… мы же договорились…

— Вадик не мог подсадить вашу дочь на наркотики, он их терпеть не может. Вы мне солгали об этом и теперь я точно уверена, что солгали об остальном, — она перевела взгляд на мужа. — Ну? Сколько тебе должны были отстегнуть за то, чтобы облапошить свою жалостливую дуру-жену? Какой твой куш, Рома? Только не говори, что сделал ставку на пять миллионов! — Селезнев кипел от злобы, но молчал, поджав губы. Понятно. Не мало.

— Лора Николаевна, послушайте, если вы боитесь Северова, я вам гарантирую полную защиту и безопасность от этого маньяка, — Минаев отлично держался. Намного лучше игрок, чем Селезнев. До самого конца разыгрывал партию.

— Владимир Карпович, — засмеялась Лора, — когда «этот маньяк» узнает, что вы хотели украсть то, что принадлежит ему, защита потребуется не мне. А вам! Придумайте другой план, потому как этот провалился. Я ничего подписывать не буду, — заявила Лора, глянула на Рому и добавила, поднимаясь из-за стола: — Мой тебе совет, Рома: БЕГИ! Быстро! К вечеру чтобы тебя не было в городе, а лучше в стране. Тебе ваша неудачная афера аукнется в первую очередь!

— Лора Николаевна, я не знаю, отчего вы сделали такой несуразный вывод, но вас никто не обманывает. Он изнасиловал мою дочь…

— Перестаньте уже, — перебила его Лора. — Вы проиграли. Смиритесь.

— Подпиши, сука, документы немедленно! — Минаев схватил ее за руку и больно сжал. Лора ошиблась. Плохой игрок. Слишком быстро скинул маску страдающего отца и доброго дядюшки, помогающей наивной девушке, попавшей в беду.

— А то что? — спросила Лора, нагло глядя ему в глаза. — Владимир Карпович, вы бы мою руку отпустили, а не то синяк останется. Вадик будет о-о-о-чень недоволен. Последний человек, который оставил на мне синяк, стал трупом. Не повторяйте его судьбу.

— Не думал я, Лора Николаевна, что у нас с вами возникнут такого рода проблемы, — нехотя отпустил ее Минаев. Губернатор попытался взять себя в руки, однако, было уже поздно. Лора видела его истинную сущность. Недаром же ее отец частенько отдыхал с ним в одной компании. С толку сбило видео сломленной девушки. Интересно, папаша ее сам побил и заставил наговорить на Вадика? Или охранникам своим отдал? Лора бы не удивилась, если Минаев даже наблюдал за избиением собственной дочери. — Мы так не договаривались!

— Да? Ну, подайте на меня в суд! — хмыкнула Лора, взяла сумку и направилась к выходу из ресторана.

— Шлюха Северская! — выкрикнул ей вслед человек, на которого она убила девять лет своей жизни. Лора вздрогнула как от удара. Медленно развернувшись, она улыбнулась:

— Ромочка, как доказал жизненный опыт, уж лучше быть ЕГО шлюхой, чем твоей женой!

Лора видела охрану Северова. Четыре подъехавшие машины. Вадик знает… Она села в свою бирюзового цвета Lamborghini Aventador, завела мотор и на полной скорости помчалась прочь от этих мерзких людей.