Однако это все дело вечерне-ночное, а до того нужно получить побольше материальных доказательств его серьезных намерений. Маша с зоркостью орла принялась высматривать свою добычу - размениваться на мелочи вроде бижутерии или дурацких сувениров не было смысла, поэтому когда к ним подошла приветливая девушка и принялась уговаривать покататься вдвоем на водных лыжах по аукционному тарифу для влюбленных всего за 10000 рублей за 10 минут, то Маша с энтузиазмом ухватилась за это предложение.

– Ты уверена, что хочешь этого?
– с сомнением переспросил Антон.
– Денег мне не жалко, но у тебя же косметика может размазаться...

Но Маша уже уверила себя, что это именно то развлечение, которое им подойдет по уровню фешенебельности, к тому же она намеревалась поразить кавалера своей отличной спортивной формой.

Их подробно проинструктировали по технике безопасности, надели жилеты, все надежно пристегнули. В последний момент Маша очень испугалась, но отступать было поздно, и она стиснула зубы, чтобы не закричать от страха. Однако все оказалось совсем не так ужасно, и после первых мгновений она даже потихоньку начала входить во вкус. А потом ей пришла в голову романтическая идея: она решила поцеловать спутника прямо на ходу. Во время инструктажа их, конечно, предупреждали, как надо держаться и направлять лыжи, и как важно держать равновесие, он она была так погружена в свои волнительные мысли о предстоящем дне, что не придала этим словам большого значения - и вот, когда они неслись по прямой, Маша улучила момент, слегка наклонила лыжи, приблизилась к Антону и потянулась губами к его щеке - и тут трос резко дернул ее в сторону, она неловко взмахнула ногами, ударилась об воду, почувствовала резкую боль в левой лодыжке, и на этом мир схлопнулся.

Нина вскоре взяла себя в руки и пошла с Таней на пляж, старательно изображая хорошее настроение, но то и дело ловила на себе ее подозрительные взгляды. Она вынуждена была себе признаться, что ревнует Антона к Маше и даже... хочет оказаться на ее месте! Это было ужасно, но нет смысла скрываться от самой себя.

Таня проявила большую тактичность, не задавая провокационных вопросов, и вообще почти не разговаривала с Ниной, не считая общих фраз, касающихся обстановки и погоды. Проголодавшись, они пошли в гостиницу, где в общей кухне их ждал вчерашний борщ. Нина как раз поставила небольшую эмалированную кастрюльку на плиту, как вдруг в столовую ворвался Антон и воскликнул:

– Как хорошо, что вы здесь! Я принес неприятные известия.

Нина была ошеломлена его появлением: она думала, что сейчас он где-то в Ялте веселится с Машей, не исключено даже, что и в постели, но вот он здесь, и один.

– Что случилось?
– ахнула Таня.

– Маша... она сломала ногу.

– Как?
– хором спросили подруги.

– Мы катались на водных лыжах...

Антон выглядел подавленно и немного потерянно, как нашкодивший мальчишка - было так непривычно видеть его таким. А вот Татьяна взяла на себя роль строгой учительницы:

– О чем вы только думали!
– возмутилась она.
– По ней же видно, какая из нее спортсменка: одна кожа да кости!

– Это она настояла на катании, - резко возразил Антон. Он не терпел претензий в свой адрес: - Кроме того, во время катания она нарушила правила - и вот результат.

Нина обеспокоенно покачала головой:

– Это ужасно! Сломать ногу в самом начале отдыха... Она в больнице?

– Да, - кивнул Антон.
– Я приехал, чтобы отвезти вас туда.

– Хорошо, - пробормотала Нина, выключая газ под вскипевшим борщом, - я пойду переоденусь.

Она заскочила на минуту в душ, чтобы смыть морскую соль, потом надела опять то короткое платье и не смогла отказать себе в слабости накрасить хотя бы ресницы. На все про все ушло не больше пятнадцати минут. За это время Таня поела борща и забрала из номера сумочку - и они тронулись в путь.

Антон привез их в больницу и уехал по делам. К удивлению Тани, Маша была не так уж и расстроена: она явно наслаждалась особым вниманием к себе и отдельной палатой повышенной комфортности, а ее тумбочка ломилась от гостинцев, привезенных личным помощником Антона.

Маша рассказала всю историю своего пребывания в Ялте, не пропустив ни массажа в шикарном спа-салоне, ни завтрака в самом дорогом кафе, в каком она бывала когда-либо в жизни, а также доверительно поведала подругам, как так получилось, что она потеряла равновесие на лыжах.

– Ну ты дуреха!
– по-доброму посмеялась над ней Таня.
– Чо хоть ты полезла к мужику целоваться, да еще в щечку, да еще в такой момент?!

– А куда мне было его целовать?
– возмутилась укором подруги Маша.
– В губы что ли? Тогда б я не выжила, наверно...

Нина грустно усмехнулась. Таня старалась не разглядывать ее в упор, чтобы не смущать, но ей и так все было ясно: Нинка без задних ног влюблена в своего бывшего директора. Может быть, между ними даже когда-то что-то было. На эту мысль ее натолкнуло странное выражение лица Антона, когда он смотрел на нее. Это была не простая холодность - скорее, ненависть: гнев, обида, очень глубокая обида. А она, напротив, влюблена, как кошка, и смотрит на него щенячьими глазами, и наряжается, и красится, и ревнует к Машке, и глотает слезы. Все с ними ясно, поругались - и теперь не знают, как друг к другу вернуться. Эх, и почему в чужой жизни всегда все так просто?