– Вас можно, капитан Орфи?

Я остановился подле неё с ухмылочкой. Женщина вздернул бровью, и впервые за все время посмотрела мне в глаза.

– Острая необходимость?

– Острее только ваш язычок, мисс.

Она закатила глаза, открывая пропуском дверь. На секунду придержала её, ожидая меня. За спиной услышал ещё одно фырканье Лираса.

– Лада, Ладушка-оладушка! Твои оладушки смак, ты ведь знаешь!

Орфи обернулась, пока мы шли по коридору. Улыбнулась.

– Я не пойму, Йон, ты пришёл ко мне под юбку залезть?

– Ты против?

Она засмеялась. Мы вошли в кабинет.

– Ну, в общем-то, нет, но прошлый раз ты мне сказал, что влюбился. И потому я в штопоре. – Лада села за свой стол. – Ладно, трахал меня в ваш конфетно-букетный период, но сейчас-то уже пора бы вам и самим справится. Или ищешь третью?

Лада засмеялась, сделала глоток кофе. С моего лица сошла маска.

– Она пропала, Орфи.

Женщина поперхнулась. Оставила стаканчик.

– Йон, мне жаль. Ты сделаешь заявление о пропаже? – пододвинула стул к компьютеру. – Я не смогу по-другому помочь. Ты же знаешь…

– Нет. Заявления не будет.

– Дорогой, ты же знаешь, я связана по рукам…

– Лада, – я навис над ней скалой, – Мы здесь одни, помоги мне кое-что узнать.

Женщина нахмурила чёрные брови.

– Что именно?

Капитана Ладу Орфи я встретил однажды в баре, когда она обмывала с подругами свой разрыв болезненных отношениях. Девчата гуляли на полную катушку, радуясь избавления от паразитического парня Орфи. Веселились всю ночь. А на утро она проснулась лицом в моем, пардон, паху. Уже свободная женщина не помнила всех наших шалостей в номере дешёвой гостиницы. Но я с удовольствием все продемонстрировал ей утром. Утомлённая развратом, Орфи не вышла на следующий день на работу. И на следующий тоже. После мне пришлось самому везти её на байке и тогда-то я узнал, что за горячая штучка капитан Орфи. У нас с ней никогда не было серьёзных отношений. По обоюдному согласию. Но секс был регулярный. Так же по обоюдному. Я не жалел её натруженное специфической работой тело другим мужчинам, а она не упрекала меня в связях с кучей других интересных женщин. Даже когда я влюбился в Летти, все равно пришла ко мне на помощь.

– Вот, – я сунул ей клочок бумажки с надписью Летти.

– Ну, почерк так себе, уж извини.

– Она медсестра.

– О, это все объяснят. И что я должна увидеть в этой записке?

– Прочитай надпись в углу листа.

– Листрейд Compani.

– Фирменный лист из фирменного блокнота.

Лада посмотрела на меня.

– Узнай, что фирма и кто её босс.

– Ты же понимаешь, что стреляешь из базуки в мошку? Не обязательно, что это лист из блокнота похитителя. Не обязательно, босс этой организации спланировал похищение. Может быть, у твоей девушки был этот блокнот изначально.

– Не был. Посмотри, пожалуйста, сейчас.

– Откуда ты можешь знать?

– Знаю.

Орфи закатила красивые глазки.

– Загуглить не побывал?

– Мне нужно, чтобы ты посмотрела, есть ли среди громил этой организации преступники или возможно у неё есть связи с мафией.

–Ты считаешь, что на столько популярен, что мафии есть дело до тебя?

Я промолчал. Не дождавшись ответа, Лада повернулась к компьютеру.

Я не знал ничего о похитителях Летти. Но точно знал одно: её заставили написать то сообщение мне. Я знаю её почерк. Да, я крайне наблюдателен. Особенно на работе. Я сразу обратил внимание на её неуклюжий почерк. Мы вместе с девушкой смеялись над ним, когда играли в игру, сидя на балконе у неё дома. Так вот, я знаю, как она пишет. А в это записке она писала с сильным нажимом на ручку, едва не проткнув листок насквозь. Она старалась и боялась. Её итак вечно куда-то упрыгивающие буквы в записке были чёткими, но прерывистыми, словно дрожали. Летти заставили написать это сообщение мне. А зачем похититель подсовывать лист из фирменного блокнота, если это не что иное, как автограф? Это серьёзные люди и они не скрываю своего имени. И это уж точно не рядовой сотрудник. Они постарались, что бы я точно понял, кто украл Летти. Мелкому сотруднику не зачем подставлять меня своему боссу. Он скорее подставлял себя, когда к боссу приду я. Если ещё приду, ведь я тоже рядовой менеджер. Но я приду. Мелкий сотрудник не может знать кто я. У него просто не хватит связей и денег. А вот крупный и влиятельный человек…

– Коул Фрейд, генеральный директор и основатель…

Голос Орфи зачитывал мне информацию, женщина показывала лица из своры этого лощеного бизнесмена. А у меня вертелся в голове вопрос: зачем ему понадобился именно я?

Лада Орфи ещё раз спросила, не хочу ли я подать заявление о похищении. Строгая дама, с чёткой линией коротко обрезанных чёрных волос и прямой складской между бровей. Она станет кому-то отличной спутницей, ведущей в паре. Но не мне. И думаю, она всегда понимала. И все же помогает мне, и все же предлагает мне.

У двери своей квартиры я нашёл небольшой серый свёрток. Ну, наконец – то, хоть угрозы и требования пошли! Только как-то не модно, что ли? Я подобрал лёгкий свёрток и вошёл внутрь. Квартира, где я сейчас проживал, была небольшой. И высокий я казался здесь не к месту. Слишком мало места для телодвижений и огромное пространство для моего одиночества. Я не знаю, кто жил здесь раньше, но мне она досталась бесплатно, да ещё и с мебелью. Мне было все равно, где спать по ночам, а иногда и днем. В зависимости от того какую работу и где я выполняю.

Скинув кожаную куртку, я почесал извечно зудящие лопатки. Уселся на старенький, но удивительно крепкий диван. Вскрыл свёрток, ожидая там увидеть…

– Послание.

Моё бормотание повисло в прохладном воздухе комнаты. Держа в двух пальцах небольшую картонку и аккуратно выведенными буквами. Местом встречи с моим другом, как он всегда называл себя. С минуту я пялился на записку. У меня сейчас были дела поважнее, нежели встреча с Симоном. Да и сказать ему было нечего.

До места встречи я доехал быстро, но без особого энтузиаста. Мне не по душе такие места. Ещё некоторое время назад я мечтал о нем. Но с каждым событием в жизни это желание во мне угасало. В храме проходила что-то вроде экскурсии. Школьники толпились у алтаря, слушая учительницу. Самые крутые из учеников делали вид, что им на все начхать, и бродили недалеко от основной группы. Я не пошёл вперёд. Засунула руки в карманы джинс, бродил вдоль левой стены, рассматривая старинные иконы в альковах храма. Свечи перед ними словно тянули десятки рук, ища спасения и упокоения у своего святого. Лик в раме даже не смотрел на них, глядя в пустоту нарисованными глазами. Я рассматривал одну из таких икон, жуя в зубах зубочистку, вспоминая прошлое и уже не возлагая надежды на будущее. Рядом мелькали тени – игра света. Одна из них остановилась.