Табачный дым, что заполнил пространство, мгновенно достиг обоняния. Таня со злостью вкатила тележку внутрь, понимая, что трудиться ближайшие двадцать минут ей придется в провонявшейся комнате. Ведь сколько не пиши, они все равно курят! Им проще отдать штраф, чем ущемлять себя в чём-то. Оставив тележку на пороге, она направилась первым делом к окну. Открыла его, впуская внутрь свежий воздух и попутно любуясь изумительной панорамой. Все номера были с видом на море! Возможно, поэтому ночь здесь влетала в копеечку.

Пронизанный утренней влажностью воздух ворвался, заставляя тонкую тюль трепетать. И Таня, точно Ассоль в окружении парусов, устремила свой пламенный взор в облака, в бирюзовую даль бесконечного моря. Ей захотелось представить себя на секунду не прислугой, а гостьей, постоялицей этого номера. Которая просыпается в окружении мягких подушек. Спускает ноги с высокой кровати, стараясь нащупать махровые тапки. Попутно накидывая на обнаженные плечи халат. Непременно из чистого шёлка! Затем, обернувшись в него, подходит к окну. Сладко тянется, предвкушая новый, наполненный радостью день…

Поддавшись соблазну, она опустилась на край растревоженной кем-то постели. На таком царском ложе обидно ночевать в одиночку! Скорее всего, будь она гостей, то поселилась бы не одна, а в сопровождении красавца, каких поискать. Он бы любил её здесь по ночам, нежил в объятиях, ждал пробуждения. Они бы валялись на этих ласкающих простынях и запивали клубнику шампанским. Таня блаженно закрыла глаза. Замечтавшись, она потянулась и рухнула навзничь. Матрас безропотно принял её и затих, чуть спружинив в ответ.

«Как же здорово», – думала Таня, понимая, что нужно вставать, но не в силах заставить себя. Она так и лежала с закрытыми глазами, предаваясь мечтам, когда в комнате прозвучал чей-то голос.

– Какой неожиданный сюрприз, – проговорил он слегка нараспев. Вслед за этим в углу что-то скрипнуло, вынуждая её встрепенуться. Таня порывисто села и во все глаза уставилась на мужчину. Он был в джинсах и в майке на голое тело. И тело это под майкой внушало невольный трепет.

Испуг сменила неловкость.

– Простите! – она вскочила, одернула платье.

– Да нет, я не против, – он посмотрел с любопытством. Взгляд темных глаз почти осязаемо прошелся по ней сверху вниз.

– Вы просили убраться, – она указала на дверь.

Мужчина кивнул, сунул руки в карманы. По всему было видно, что уходить он не собирается.

– Я могу прийти позже, – подсказала она.

– А что мешает тебе убраться сейчас? – спросил он с усмешкой.

«Вы», – чуть не озвучила Таня. Привыкшая не удивляться! За время своей «стажировки» она насмотрелась всякого. Однажды в туалете одного из номеров наткнулась на… труп. Впоследствии он оказался живым человеком! Но теперь каждый раз, открывая туалетную дверь, Таня ощущала легкий приступ паники.

Случались и приятные находки. Так, в очередную смену ей выпала удача найти под подушкой сережку. Простое колечко из чистого золота, на котором болтался малюсенький камень. Отнесла к ювелиру, оказалось – бриллиант! По правилам такие сокровища надлежало сдавать администрации отеля. Но Таня решила оставить себе. Мало ли где могла потеряться серьга?

Он кивнул на кровать:

– Вперёд!

Таня испуганно вскинула брови:

– В смысле?

– В смысле, застилай, – хмыкнул мужчина, и ей стало стыдно.

Отвернувшись, чтобы он не успел прочесть на её лице облегчение, Таня стала расправлять одеяло. Он стоял и смотрел, как она это делает. И под этим пристальным взглядом движения её, уже отточенные, вдруг стали неловкими. Таня долго возилась, пытаясь вернуть постели симметрию.

– Взбей ещё раз подушки, – посоветовал он, отойдя, и как бы оценивая со стороны результаты её стараний.

– Зачем? – Таня нахмурилась.

Он взял со стола сигареты:

– Я люблю, чтоб помягче.

– Здесь не курят! – напомнила Таня. Но он, как будто не слыша её, достал из пачки одну и поджёг.

– За это полагается штраф, – произнесла она вкрадчиво, в этот самый момент напоминая Круэллу.

Субъект демонстративно затянулся и выпустил дымное облако.

– Я заплачу, сколько стоит твоё молчание? – услышала Таня.

Она принесла полотенца. Для рук, для лица и для тела. Чем выше был номер по рангу, тем больше полотенец полагалось его гостям. Вероятно, в пентхаусе, куда сама Таня не попадала ни разу, для каждой части тела предназначалось своё отдельное полотенце.

Решив не отвечать на привычные колкости, она продолжила уборку. Собрала в урну опустошенный мини бар, выгребла мусор из холодильника, протерла овальное зеркало. Стараясь закончить как можно быстрее.