— Прикинь, он нищий будет, — Алиев хмыкнул. — Вот обидно-то. Подарков не будет, придётся трахаться с принцем за бесплатно. Тогда и вспомнишь меня?

— Какой же ты дурак, Давид, — я всё-таки подняла глаза на Давида. Другой человек. Злой. Жестокий. — Браслет я тебе верну.

— Выкини, — просто сказал он и отвернулся раньше, чем я вышла за дверь.

Уже сидя в машине, я размышляла о его словах, которые он кричал мне в лицо. Снять розовые очки? Пусть так. Но разве это плохо? Ждать любви?

А я жду. Любви, ласки, нежности и, самое главное, уважения. И я имею на это право.

И, казалось бы, сейчас сделать всё так просто. Он прав. Мы бы отлично провели время, а потом я бы осталась плакать с разбитым сердцем, но зато с греющими душу воспоминаниями. А продолжила бы я себя уважать? На этот вопрос у меня есть точный ответ. Душа рвалась на части. И как дальше быть? Слёзы снова побежали по щекам.

Когда такси подъезжало к общежитию, зазвонил телефон. Давид. Сбросила. Затем попросту выключила телефон. Удалять и блокировать одногруппника нет никакого смысла. Я же как-никак его староста.

Вита была в комнате. Хоть я и пыталась держаться и казаться сильной, подруга, коротко мазнув по моему лицу взглядом, сразу всё поняла и набычилась.

— Прости, бросила тебя вчера, — разуваясь, начала я.

— Ой, брось. Настенька, всё хорошо? — спросила соседка.

— Практически да, жива-здорова, — практические честно, ответила я. Подумав, добавила: — По-прежнему девственница.

Вита прикрыла глаза.

— А что, была… э-эм… вероятность?

— Да, — слёзы снова грозились вырваться. Что ж такое-то?

Подруга сразу считала моё состояние и подскочила ко мне. Обнять что ли решила? Она же ненавидит обниматься. Я горько усмехнулась, остановив Виту и вытирая руками лицо.

— Уже всё хорошо. Переживу. Просто он мудак. Полный мудак.

Вита коротко кивнула и отстала.

Мой идеальный человек.

После обеда мы с подругой съездили в приют.

Я сразу же вспомнила про браслет. Может, продать его и отдать этим двум девушкам, которые, как ни стараются, но не могу обеспечить всех собак едой? С миру по нитке, но всё равно не хватает. Люди привозят сюда найденных на улице и никуда не пристроенных щенков. Собак становится больше, а еды, к сожалению, нет.

Когда-то я себе пообещала, что по возможности с будущей зарплаты буду помогать ещё больше, пусть и по мере сил. И от своего обещания не отказываюсь.

В общежитие я возвращалась ещё грустнее, чем была. Голодные глаза ласковых животных тому причиной. Не розовые на мне очки, Давид, совсем нет. Может, и я мечтаю про какие-то ухаживания со стороны парня. Пусть я древняя такая. Но я знаю цену деньгам. Судя по Витиному грустному лицу, и она тоже.

До вечера я не выдержала. Откинув учебники, я села на Витину кровать, положила голову подруге на колени и плакала. Без слов. Вита гладила меня по голове, ничего не спрашивая. Я знала, что обязательно это переживу.

Но сейчас было невыносимо больно.

Глава 9

Утром я приняла решение никуда не идти. Алиев, вряд ли тебе будет стыдно, но из-за тебя в первый раз в жизни пары прогуляю.

— Я не пойду. Скажи, что у меня аппендицит, — оповестила я в шоке на меня смотрящую Виту.

— Хорошо. Хочешь мороженого шоколадного тебе куплю? — вдруг предложила подруга.

Отрицательно помотала головой.

— Фисташкового?

В ответ только скривилась.

— А хочешь то с солёной карамелью с хрустящими, как их там, бубочками? — а вот это уже интересно.

— В нашем магазине его нет.

— А я сгоняю туда, куда есть.

— Хочу, — я кивнула.

Какая же она всё-таки хорошая.

— Принесу, — улыбнулась Вита.

Потом наблюдала, как Вита носится ко комнате, собираясь на пару. Волосы расчесала раза три. Что происходит? Волнуется? Напугала я её всё-таки Смолиным.

Когда подруга ушла, я заметила на столе сделанные бутерброды. Вот она чего там пыхтела. Не теряет надежды, что я пойду на пары. Кого я обманываю? Пойду. Ещё два с половиной года нам с ним видеться. Уж точно не раз пересечёмся. Вита бы точно пошла на занятия в такой ситуации. Она сильная. Надо быть, как Вита.

Быстро собралась. Глянув на часы, поняла, что всё равно опоздаю, поэтому решила забежать в деканат, хотя мне туда и не надо было. Преступница.

Стыдно.

Подлетела к кабинету, зажмурилась, несколько раз постучала и открыла дверь.

— Здравствуйте, Марк Андреевич! Извините за опоздание, была в деканате. Можно зайти? — на одном дыхании выдала я. Наверняка, покраснела.

Преподаватель кивнул. Я напряжённо улыбнулась, положив ему журнал на стол. Вид у него какой-то суровый. Развернулась и направилась к партам, выискивая глазами Виту. И стала, как вкопанная.