Она наигранно сдвинула брови и заявила:

— Здесь шесть книг, а у меня было семь. В неё был вложен нужный листок! Куда дела, Пиния?!

— Не может быть! Они все там, я сложила их туда, ничего не брала! — тут же залепетала Пиния.

— Где? Смотри сама, их всего шесть!

Пока Пиния склонялась над сундуком, Гидра скользнула пальцами в свою сумку.

— Да не может быть, чтобы что-то пропало, госпожа, я же всё сложила… их, наверное, и было шесть? Я не считала, но…

Она подняла взгляд на диатриссу — и та сунула ей под нос сонное зелье. Едкие пары тут же заставили глаза экономки закатиться, и она упала на сундук. А Гидра, задержав дыхание, выскочила из чулана.

«Жуткая вещь! Очень действенная», — подумала она и закупорила колбу. А затем обтёрла пальцы об одно из маминых платьев. И сказала вслух, для ушей гвардейца, что остался за дверью:

— Не мешайся, дай мне почитать! Тут надо перевести со сциита, твоя болтовня сбивает меня с толку.

А сама шагнула к окну и тихонько, едва налегая на створку, приоткрыла его. Оно выходило на черепицу нижнего этажа. И по этой черепице Гидра, как в детстве, крадучись пробралась до плюща, а по плющу — ещё на этаж выше, где, балансируя у окна отцовского кабинета, достала из сумки деревянный гребень.

Она покосилась вниз через плечо, и голова пошла кругом. Пришлось схватиться за подоконник. Внизу покачивались акации, и вид на край замкового двора казался ещё мельче, чем до этого. А вдали виднелся город и даже порт. Крошечные, как на ладони.

«В детстве меня это вообще не смущало, но сейчас… как же тут высоко», — нервно сглотнула Гидра. — «Так. Ладно, соберись!»

Поскольку это окно выходило на густой лес, где она бродила лишь недавно, здесь не было стражи. И она пользовалась этим сейчас, как много лет назад.

Старая схема: она налегла плечом на внешний край одной из створок, и та, жалобно скрипнув, чуть раззявила щель. В которую девушка втиснула свой гребень и поддела щеколду.

Щелчок — и кабинет отца как на ладони. Стиснутый покосившимися книжными стеллажами, из которых торчали листы и выпадали книги, этот кабинет был всё таким же: запылённым, потонувшем в бардаке из пожелтевшей бумаги и смятых писчих перьев. Тавр никому не позволял здесь убираться, но и сам, очевидно, никогда этим не занимался.

Запах затхлости неприятно пощекотал нос. «Ступать надо осторожно; вряд ли он заметит перемещение разных мелочей, но следы на пыли оставлять не стоит».

Гидра бросила взгляд на сундук, запертый мощным замком размером с ладонь. Там отец хранил свои книги о драконах. Не потому, что это было эксклюзивное, никому больше не доступное знание; а потому лишь, что на Аратинге не считал никого достойным даже прикасаться к этим книгам. Впрочем, большой замок легко открывался шпилькой.

«Я успела перекопать все его книги, изучить Кодекс Доа и прошерстить всё о драконах, но это не дало мне ничего до тех пор, пока я не встретила Мордепала и не забыла обо всём, что прочла».

Сейчас это было Гидре не нужно. Она решила поискать другие закутки, где могла бы храниться какая-нибудь неприметная, как у неё, тетрадка. Или, напротив, некий старый манускрипт. Поэтому она стала на цыпочках красться по кабинету, заглядывать в затянутые паутиной стопки, наклоняться под стеллажи и попутно морщиться, пытаясь не чихнуть.

«За дверью наверняка стоит пара стражников. Но даже если я немного пошумлю, ключа от кабинета у них быть не может — отец бы не позволил. Правда, моё исчезновение сразу будет им понятно, а прыгать из окна в лес мне бы очень не хотелось».

Статусные старинные тома в кожаных переплётах, справочники о ядовитых лягушках Аратинги, энциклопедии ядовитых растений, история рода и вновь ядовитые алхимические вещества…

Тавр никогда не скрывал своей любви к самым разным мерзостям.

…учение о плотской любви, снова история, а потом корабельный справочник…

Всё равно он редко читал, и судить о его персоне по этой библиотеке было бессмысленно.

…учебник по бальным танцам в дальнем углу, крой старинного вида сари, вежливые приветствия на восемнадцати языках…

«Эти книги уже заросли не то что паутиной, а плесенью. Их не читали даже во времена леди Тамры».

Отчаяние засвербило в горле. Ничто из этого даже близко не напоминало оккультные книги. И даже после тщательного осмотра каждого уголка стены или шкафа Гидра не нашла какой-нибудь потайной полки.

«Ну я же не могу ошибаться! Если не Тавр, то кто, чёрт возьми, это делает?!»

Она подошла к отцовскому бюро. С тихим скрипом выдвинула верхний ящик. И тут же сморщилась, увидев кружевные женские панталоны внутри, поверх чернильниц и печати.