А дальше страшный рык и первый удар.

— Сука, я же убью тебя, — удар. — Тварь, — удар. — Урод, уничтожу, — снова удар.

Я сидел почти не дышал и молился, чтоб меня здесь не нашли.

ЛИНА

Это было похоже на странный, страшный сон. Олег затащил меня в зал, который был поделен на комнаты. Он затолкнул меня в одну из них. И притянув меня к себе, стал покрывать рваными жадными поцелуями открытые участки тела. Лицо, шею, ключицы. Стал стягивать с плеч платье. Обжигал кожу неприятным, пахнущим алкоголем дыханием. Он крепко держал мои запястья за спиной и все, что я могла, это отворачиваться при его попытках меня поцеловать, и не прекращала просить меня отпустить. По щекам текли слезы. Кричать, когда в соседнем зале громко играет музыка, бесполезно. Задачу усложняла и узкая юбка платья, которая связала мои ноги.

Я была в отчаянии, Олег уже стянул платье, добравшись до груди, когда услышала, как с грохотом открылась дверь в зал. А через секунду я почувствовала свободу. Давид диким зверем зарычал и отодрал от меня чудовище, которого я считала, когда-то другом. Я поправила платье и на дрожащих ногах отошла в сторону.

— Сука, я же убью тебя, — рычал Давид, нанося удар. — Тварь, — снова удар. — Урод, уничтожу, — снова удар.

Зрелище страшное, но и завораживающие. Я смотрела на своего мужчину и восхищалась его силой, мощью, способностью защитить. Но когда Олег стал оседать, не в силах больше сопротивляться, я его остановила.

— Давид, хватит, — голос подвёл и получилось очень тихо, но он услышал. Подтянув за грудки Олега к себе, прошипел ему в лицо.

— Запоминай, с сегодняшнего дня ты у меня не работаешь. Подойдёшь к Лине хоть на пять метров, я тебе обещаю, руками пользоваться нескоро сможешь. Понял? — он встряхнул его.

— Да, пошёл ты, — ответил Олег, чем и заработал очередной удар в челюсть.

Давид разжал кулак, и Олег упал на пол. Он подошёл ко мне и присел на корточки напротив. Я только сейчас поняла, что сползла по стенке и сейчас сижу на полу, притянув к себе колени. Он легонько стёр мои слезы:

— Прости, — шепчет он.

— Все хорошо, ты вовремя. Макияж совсем испорчен?

— Лина, — усмехается Давид. Садится рядом и притягивает к себе. — Может милицию вызвать? — мы оба перевели взгляд на Олега, который, походу, был в отключке.

— Пусть живёт, — говорю я. — Нет, мне его не жалко, не подумай. Просто, закон бумеранга никто не отменял. От тебя он свое получил, хватит, остальное… его жизнь накажет. А как ты меня нашёл?

— Кстати, об этом, — Давид достал телефон, и набрал какой-то номер. Ему ответили, что абонент недоступен. — Это уже интересно.

— Что?

— Мне пришло сообщение, где тебя искать, но вот теперь этот доброжелатель недоступен.

— Мы можем сейчас уехать домой? — я положила голову Давиду на плечо.

— Конечно, — он поцеловал меня в макушку. — Сейчас всё решим и поедем.

Потом Давид вызвал охрану, они привели в чувства Олега и вывели его из ресторана. Так же он предупредил родителей, что мы уезжаем. Что произошло на самом деле им говорить не стал. Не хотел портить им настроение.

Уходили мы через другую дверь, чтоб нас никто не увидел.

ЕВА

Вот уже пол часа, а то и больше, как Давид ушёл искать свою секретаршу, и до сих пор так и не вернулся, ни с ней, ни без неё. Сидеть одной за столиком мне ужасно наскучило, и я не знала, что мне делать. Заметив, что я сижу одна, ко мне подошла Анаит Вардановна.

— Скучаешь?

— Есть немного, — улыбаюсь женщине. — А куда делись Давид и Лина?

— Домой поехали, Линочка устала. А ты как себя чувствуешь?

— Если честно, тоже устала, — нашла я повод уйти. — Наверное, я тоже поеду, спина уже ноет.

— Конечно, тебе отдыхать нужно, — улыбается Анаит. — Давай я проведу. Ты на такси приехала?

— Да.

— Я сейчас своего водителя попрошу, он тебя отвезёт.

— Спасибо.

Еле добралась домой, чтобы была возможность сделать звонок без свидетелей.

— Что произошло? — начала с вопроса, стоило парню принять вызов. — Ты сделал фото? Отправил Давиду?

— Нет.

— Почему? — не сдерживаюсь я, и перехожу на крик.

— Вы говорили, насилия не будет. Оно было. А я в таком не участвую, — совершенно спокойно говорит он.

— Какое к черту насилие?

— Этот её бывший, походу бухущий был… Вообще, их общение нельзя было назвать приятным, и в каком бы ракурсе я не фоткал, это бы выглядело только как насилие.

— И что, ты помешал?

— Нет, Давид пришёл и уделал его, как следует.

Кладу трубку. Олег. Придурок. Сегодня утром мы встречались, я отдала ему таблетку, подкидывать самой было опасно. Я вообще должна остаться вне подозрения. Все же объяснила, все должно было сработать… Придурок, нажрался и всё испортил. А Давид теперь рыцарь на белом коне? Ну, такой же хороший план был. Нельзя ни на кого положиться.