— Ты не ответила на мой вопрос.

ЛИНА

Я не знаю, как справиться с эмоциями. Мне хочется то улыбаться от счастья, то засунуть голову в песок как страус, потому что я боюсь. Боюсь того, что шеф может стать мне дорог…

Как я могла забыть ключи? Ну, вот как? Хотя, чего удивляться, они всегда лежали в рюкзаке, а не в ящике стола. А теперь, сижу и жду, что их привезёт Давид Всеволодович и сердце зачем-то ускоряет бег.

Шеф напросился на блинчики и, возможно, я бы смогла отказать, но… Опять это двоякое чувство, когда хочется и колется. Ещё и Тигран на его стороне. Они, вообще, как-то быстро нашли общий язык. Рыбак рыбака, или в моем случае армянин армянина? Не знаю… Но ему нравится Давид Всеволодович.

От волнения чуть не забыла сделать тесто для полосок. Я слышала, как смеялся Давид Всеволодович вместе с моим сыном. Он сейчас напоминает мальчишку, а не главу корпорации.

Когда заканчиваю с блинами, иду в комнату, звать мужчин. Мультфильма осталось минут пять, и я присаживаюсь на диван и досматриваю его вместе с ними.

Тигран сидит между нами, но ситуация всё равно неоднозначная. И моё неугомонное воображение рисует идиотские картинки счастливой семьи. А когда я поворачиваюсь к Давиду Всеволодовичу, то понимаю, что он смотрит не мультик, а на меня. Вопросительно вскидываю брови.

— Всё хорошо, — одними губами говорит он и улыбается.

Хотелось бы, мысленно добавила я. Мультфильм заканчивается, и мы идём ужинать. Шеф с таким аппетитом поглощает блинчики, и мне становится очень приятно, что ему нравится. Я даже соглашаюсь не выкать и называть его Давидом. Правда, получается плохо.

Когда ужин закончился, и Тигрёнок побежал играть, я взялась за посуду.

— Лина, ответь честно, — просит Давид. Оборачиваюсь и внимательно слушаю. — Что у тебя с Олегом?

— Мы дружим, — не задумываясь ответила я, и только потом задалась вопросом, а зачем ему это вообще. Спросить не успеваю, он снова задаёт вопрос.

— Просто дружите?

— А можно дружить не просто?

— Между вами, действительно, ничего нет? — допытывается он.

— К чему все эти вопросы?

Отворачиваюсь от мужчины. А через пару секунд он оказывается рядом. Давид не прикасается, но стоит так близко, что я чувствую тепло его тела, и терпкий, но при этом лёгкий и ненавязчивый аромат его парфюма. Замираю.

— Я хочу знать, есть ли у меня шанс? — шепчет он мне в волосы, а потом я чувствую дыхание на шее.

Но тут, меня спасает Тигран, и я с удовольствием сбегаю от начальника.

Смотрю на время и понимаю, сыну пора спать. Не было бы Давида Всеволодовича, мы могли бы, конечно, лечь попозже, но мне нужно время. Время успокоиться и найти ответ. Зная шефа, он не уйдёт без него. А ответа я не знаю.

И опять борюсь с собой. Мне всё больше нравится этот мужчина, вопреки логике и здравому смыслу. Мне льстит, что он обратил внимание на меня. А с другой стороны, я помню про Еву, Сашу, Ксюшу. А скольких я не знаю? Даже представить страшно. А если я дам ему шанс? А Ева решит потом устроить разборки? У меня всё-таки сын, нужно думать о нём.

Когда Тигрёнок заснул, я тихонько вышла из его комнаты.

На кухне, прижавшись затылком к стене, сидел и дремал Давид Всеволодович, или просто Давид, как он просил его называть. Позволяю себе его рассмотреть. Красивый, какой же он красивый. Так и хочется запустить пальцы в его волосы и целовать, целовать… Пока губы не начнут болеть, и пока не закончится воздух.

Прикусываю губу. Понимаю, что находиться с ним в тесном пространстве, один на один, чревато. Поэтому, спешу себя обезопасить, а точнее избавиться от соблазна.

— Вам пора домой, — говорю мужчине.

Обращаюсь специально на "Вы", провожу границу, в наших отношениях. Он начальник я подчинённая. Давид Всеволодович открывает глаза и несколько долгих секунд смотрит мне в глаза.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Я могу подумать? — ухожу от ответа.

— Нет, ты думала всё это время. Я уверен ответ есть.

Давид хватает меня за руку и сажает к себе на колено.

— Ответь мне, — просит. Я думаю ещё несколько минут, но все же решаюсь.

— Я вам не верю, не доверяю. И я не хочу неприятностей. У меня сын, мне нужно думать о нем. Ваша Ева…

— Во-первых, прекрати выкать, мы же договорились. А во-вторых, Ева не моя. Мы расстались. Правда, я бы не назвал наши отношения, что мы встречались. Но, это уже неважно.

— Она так не считает. Поверьте.

— Мне все равно.

— А мне нет.

— Кроме неприятностей от Евы, тебя что-то ещё останавливает.

Его рука, что до сих пор спокойно лежала на моей пояснице, ожила. Совсем легонько, почти невесомо Давид заскользил по позвоночнику вверх, вниз, запуская жар по коже. Делаю попытку встать, но он тут же ее пресекает.