Минут пять заняло подняться по крутой лестнице, ведущей к двери, которая к счастью оказалась открытой. Видимо они даже не предполагали, что я могу попытаться сбежать. От радости по щекам ещё сильнее текут слёзы. В доме стояла полная тишина и я, держась за стенку, добралась до входной двери. Изнутри зам`oк открывался, и я медленно раскрыла дверь, ведущую к свободе. В лицо ударил свежий лесной воздух, а глаза заболели от яркого света. Не могу надышаться. Свобода. Немного привыкнув к солнечному свету, смотрю по сторонам. Кругом густой лес, с опавшими листьями, которые устилали землю разноцветным ковром, лишь справа следы от колёс, видимо по этой дороге уехали те, кто меня украл.

Зрение постепенно восстанавливается, и я понимаю, что уже вечер. Ни о чём не думая, направилась в гущу леса. По дороге идти опасно, потому что ОНИ могут вернуться. Деревья служили хорошей опорой, не давая упасть. С каждым пройденным метром становилось всё тяжелее идти, но я упорно шла неизвестно куда до самой темноты. Потом уселась на сухую листву, облокотившись о холодный ствол дерева, который немного царапал кожу. Я уже была готова провалиться в сон, первый спокойный сон за всё время, что я провела в этом лесу. Из-за кустов неподалёку, послышался какой-то непонятный шорох. Я устало посмотрела на место, из которого доносились звуки, и оттуда вышел огромный пёс с густой шерстью, морда частично была серой и на всём теле тоже проступали тёмно-серые и кое-где коричневые оттенки шерсти. Для собаки он был слишком крупным, но думать о том, что это может быть волк, мне не хотелось. От страха сковало тело. Закрываю глаза и мне сразу вспомнилась одна из таких встреч, которая произошла двенадцать лет назад.

Мне тогда было всего семь лет, я гуляла по парку, который находился вблизи от нашего дома. Тогда я так же сидела около одного из деревьев, только тогда я любовалась сухой листвой, как из-за кустов вышел серый пёс с виду безобидный и даже чем-то похожий на того, что стоит передо мной, но он набросился на меня без какой-либо причины. Правая рука, которой я закрывала лицо так и осталась с многочисленными напоминаниями в виде ужасных шрамов. Мне попались хорошие врачи, царапина на лице успешно зажила, хотя какая разница, я и так лицом не вышла. После того случая, собак я теперь боюсь до смерти и даже если животное на цепи, меня всю трясёт, а уж когда она ко мне подходит, я готова упасть в обморок от страха.

Очнулась я, когда моё лицо обдало горячим дыханием. Открыв глаза, увидела перед собой серую морду. Хотелось крикнуть, но горло отказалось издавать хоть какие-то звуки. Из глаз текли слёзы, которые уже не поддавались моим эмоциям, а текли сами по себе при самом удобном случае. А я уж было подумала, что они давно иссякли. Я прижалась спиной к дереву и поджала ноги, обхватив колени руками. Пёс отошёл немного назад и сел, смотря на меня… понимающим взглядом? И правда, глаза у этого пса были такие грустные, он склонил голову, разглядывая меня, и заскулил. На удивление, когда он стал приближаться ко мне, я не испугалась, как в первый раз.

Собака облизнула мою руку со шрамами и грустно заскулила, я не удержалась и погладила пса по голове, а он подошёл ко мне ещё ближе. Улёгшись рядом, он положил свою тяжёлую голову мне на ноги, как будто пытался успокоить.

Вскоре уже стало совсем темно. Я немного пошевелилась и легла на сухую траву рядом с тем же деревом, а рядом со мной, согревая своим горячим телом и дыханием лёг большой и не такой уж страшный пёс.

Молодой человек вышел на поляну, оглядываясь по сторонам. Никого не было, хотя кто может находиться в этом богом забытом месте, если только другая стая, живущая неподалеку от его собственной. Парень скинул с себя одежду, оставшись лишь в нижнем белье. Он провёл рукой по коротким тёмным волосам и глубоко вдохнул холодный воздух, поздней осени. В следующую секунду на поляне стоял лишь волк с белой шерстью, с тёмными пятнами, покрывающими его спину и серой мордой. Он побежал вглубь леса, не раскрывая глаз. Он слушал шуршание голых крон деревьев и шуршание листвы под когтистыми лапами.

Размявшись, волк остановился и в следующую секунду уловил волны сильного страха, только было странно то, что страх был вперемешку с радостью. Волк пошёл туда, откуда исходили такие сильные эмоции. Когда он вышел из-за куста, то увидел девушку. Она сидела, облокотившись об одно из деревьев, всё, что на ней было из одежды, это грязная тряпка, которая была замотана вокруг груди и с трудом доходившая до середины бедра.

Волк хотел было подойти к ней, но почувствовал усилившийся страх, а потом посмотрел в её испуганные глаза и увидел её воспоминания о неприятной встрече с одним из них, которые сейчас мелькали в её голове. Её карие глаза наполнились слезами, и он остался сидеть на месте, с интересом рассматривая сидевшую перед ним девушку. По её чересчур худеньким и хрупким плечикам падали запачканные пряди, слипшихся волос.

Когда девушка немного успокоилась, он сделал к ней один шаг, потом ещё один. Он положил свою голову ей на ноги и увидел, как девушка улыбнулась, после того, как он ментально передал ей немного своих чувств, такие как понимание и сострадание. Девушка наперекор своему страху протянула руку и погладила волка по голове, а он лизнул её маленькую и хрупкую ручку, покрытую шрамами.

Волк не заметил, как просидел с ней до глубокой ночи. Он очнулся лишь, когда девушка пошевелилась, чтобы лечь на сухую листву, потому что уже стемнело. Волк посмотрел на то, как хрупкая девичья фигурка дрожит от холода на сухой осенней листве и прилёг с ней рядом, чтобы немного согреть. Он удивился, когда её худенькая ручка легла на его бок и стала слегка поглаживать густую шерсть дикого зверя.

Я проснулась от поскуливания огромного пса рядом со мной. С трудом разлепив глаза, посмотрела на сидящую рядом бело-серую псину. Заметив, что я проснулась, он стал тыкать меня мордой в бок, видимо заставляя подняться. Я с трудом поднялась на ноги, и пёс тут же схватил меня за край тряпки, в которой я была закутана, и потянул за собой. Я держала грязную ткань в районе груди и еле шагала за псом, который меня куда-то усердно тащил. Было тяжело, боль сковывала ноги, и голова продолжала кружиться. В один момент я вырвала кусок ткани из пасти собаки и встала, держась за ближайшее дерево. Пёс обошёл меня и стал тыкать мордой сзади, заставляя идти. Как я не пыталась его отогнать, он не реагировал, а лишь снова схватил за ткань и потащил по лесу. Оставалось лишь надеяться, что он не ведёт меня к своим сородичам, чтобы те меня съели.