— Шафи, кем ты приходишься старцу Амросу? — спросила я, вытерев слезы.

— Никем. У него не осталось родственников. Я живу с мамой в соседнем доме. Она приболела, поэтому я последнее время за ним приглядывал.

— Спасибо тебе, Шафи. Старец сказал, что ты отведешь меня к засохшему роднику. Далеко он?

— Час пешком, ваши авто не проедут. Поможете мне старца туда отнести? Он мне целый список оставил, что нужно сделать.

— Неси список, все сделаем, — вдруг сказал серьезный Райд.

Через четыре часа мы выдвинулись в путь. Оказалось, что список был большой и нужно было сделать много приготовлений. Минну оставили в доме матери Шафи, она была уже хоть и не такого зеленого цвета, но еще слишком слаба для пешей «прогулки» по пустыне. Мужчины соорудили носилки, для старца, а я взяла с собой шкатулку. Вдруг там что-то понадобится из нее, не ключ, так бусы. Может там дары какие-нибудь нужно будет оставить. Я уже ничему не удивляюсь. Идти было тяжело, но я не подавала вида, Ард несколько раз предлагал посадить меня к нему на шею, но я отказывалась. Спустившись с очередного бархана, я увидела вход в пещеру, хоть таковым он и не являлся. Пришлось откапывать проход к роднику. Пока одни мужчины копали, другие сооружали погребальный костер. Первыми справились копальщики и позвали меня внутрь. Не знаю, чего я ожидала увидеть, но ничего я не увидела. Кусок скалы и песок. Я стала вспоминать то видение, где Жива набирала воду. Нет, не похоже было это место, о чем и сказала Дамиану.

— Шафи, ты уверен, что здесь был родник? — спросил он у парня.

— Старец говорил, что здесь. Он высох еще до рождения старца, ему про это место говорил отец.

Я вылезла и обошла местность. От жары все время хотелось пить, и я вернулась к нашим вещам, достала бутылку с водой. Сделав глоток, ко мне пришла мысль, а что, если там эту скалу нужно смочить? Побежала исполнить задуманное. Мужчины молча на меня смотрели, но на лицах у всех был интерес. Вылила полбутылки и ничего, она тут же высохла, но след на песке остался в виде кружочка, как от кружки. Я расчистила место и на камне вправду был круг и небольшая вмятина.

— Здесь, наверное, стояла чаша, куда лилась вода, — предположил рядом стоящий Райд.

— Наверное, — задумчиво ответила я и решила выйти, чтобы посмотреть, как идет подготовка к прощанию со старцем.

Мужчины из поселения, а их было шесть включая Шафи, уже уложили носилки со старцем на деревянные столбики и подложили дерево и какие-то горючие валики не понятно из чего. Я не стала спрашивать, что и зачем, мне вообще вся эта Славянская тема со сожжением не нравилась, но я села в сторонке под навес, который соорудил для меня Дамиан и просто смотрела как Шафи с каки-то дедком стали поджигать эти валики. Имена мужчин я не запомнила, хотя в начале пути, они все представились и смотрели на меня как на Богиню. Не знаю, что сказал им Шафи, но переубедить их было сложно. Когда носилки объяло огнем я не сдержалась и снова заплакала. Дамиан сидел рядом и обнимал меня за плечи. Вот тут я и обратила внимание на глиняный горшок с непропорционально маленьким дном.

— Зачем нужен горшок? — спросила я у мужчины, что сидел ближе всех ко мне.

— Ну так, прах его туда поместить, как он просил, да закопать в том случае, если вода не появится в роднике.

— А если появится? — спросила я у него.

— Ну тогда его прах пустить в эту воду, горшок то и не понадобится.

Сидели мы молча, наверное, с полчаса. Я все время посматривала на горшок. Почему у него такое маленькое дно? Не вытерпев, встала и подошла к нему. Он был не только какой-то неправильный, да еще с отколотым горлом.

— А что целого не могли старцу горшок подобрать? — спросила я вслух, не обращаясь ни к кому. Подняла горшок и посмотрела на дно.

— Хм! А не такой ли диаметр у той вмятины в камне? — снова сказала я вслух и пошла в пещеру. Поставив горшок в углубление, он встал как родной. Жаль горловина отколота. И тут я вспомнила про кусок, лежащий в шкатулке. Вскочила и как ошпаренная побежала к вещам. Вынула шкатулку и взяла в руки этот кусочек.

— Он! Не может быть! — воскликнула я и побежала обратно. Дамиан с Райдом ходили за мной попятам и когда я приложила кусочек к горловине, он застрял и словно приклеился.

— Охренеть! — воскликнул Райд и опустился на колени.

Вдруг раздался треск и Дамиан, схватив меня подмышки понес на выход, побоялся, что это хилое укрепление может обрушиться, но оказавшись на улице, ничего не произошло.

— Ждем? — спросил Райд у Дамиана.

— Ждём, — ответил он и повел меня к навесу.

Прошло минут двадцать. Райд оглядел нашу компанию и толкнул Шафи в бок:

— Посмотри, что творится внутри.

Паренек, молча поднялся и зашел внутрь.

— Ничего, — крикнул он и сразу же вышел.

— Может там нужно какие-то слова сказать? — спросил у меня Райд.

— Абра-кадабра? Ахалай-махалай? Авада Кедавра? Брекс пекс фекс? Что сказать-то? — улыбнувшись выдала я и заметила как Райд на меня смотрит, не отрываясь. Я почему-то смутилась и отвела взгляд.

Пожарище уже затухало и меня потянуло в сон. Я положила голову на колени Дамиана и прикрыла глаза.

— Прости его, — услышала я голос Живы и подскочила, ударив головой подбородок мужа. Он тут же прижал меня к себе. Я обняла в ответ и поспешила успокоить его, что все в порядке, затем отстранилась и стала наблюдать как мужчины готовились разгребать затухающее пожарище. Кого простить она попросила? Старца Амроса? Так не за что. Про кого она говорила? Я стала перебирать всех своих возможных обидчиков. Подумала даже о Кирином насильнике и дяде Грэге. В задумчивости, я встала и решила отойти подальше от людей.