— Ты звонил Кириллу?

— Так точно — скалюсь я.

— Ты всегда такой противный или сегодня твой особенный день? — Спрашивает она схлещиваясь со мной взглядом.

А у неё зубки выросли за это время. Удивлён.

В одну секунду я преодолеваю разделяющее нас расстояние и прижимаю ее к стене. Нависаю сверху, а она зажмуривается и дрожит в мои руках.

— Отпусти …

— Как много интересного ты говоришь и как жаль, что это мало меня интересует. Возвращайся к мужу, Фаина.

— Тебе от этого будет легче? — Говорит она улыбаясь.

Сука.

— Мне плевать на тебя, я просто хочу, чтобы не маячила перед глазами. Иначе я сорвусь и смогу не сдержатся и покалечить твою тонкую шейку.

— Ты ничего мне не сделаешь, Макс. Мало того, я никуда не уйду. Я буду жить как я хочу и, если тебя что-то не устраивает, уезжай — выплевывает она мне в лицо.

Мои руки горят, прикасаясь к ее коже, адреналин в крови затапливает. Я наклоняюсь ниже, провожу пальцами по вырезу на ее халате, ощущая как она дрожит.

— Как думаешь, мой братишка простит, если я разочек поимею его жену? — Цежу сквозь зубы. — Грубо, у стены, как ты того заслуживаешь, Фаина. Ты будешь орать, визжать, а я буду наслаждаться этим зрелищем. Что ты молчишь? Уверен, ты этого и хочешь. Ты же хотела развлечься, пока муж в командировке?

Резким рывком я сдергиваю с нее халат, наблюдая как она взвизгивает и отпрыгивает в сторону.

— Ну же, только не притворяйся, что ты этого не хочешь…

Глава 29

Фаина.

Его глаза блуждают по моему телу, не упуская ничего, а я не делаю никакой попытки прикрыться. Да и не за чем, Макс уже успел разглядеть все эти синяки и кровоподтеки на моем теле, во всей красе.

Меня потряхивает от волнения, руки дрожат, и я сжимаю их в кулаки в попытке успокоиться.

— Что это? — Макс делает шаг в мою сторону, а я отступаю назад.

Только не жалость. «Не нужно меня жалеть» — хочется закричать, но голос меня не слушается.

Вся та боль, что копилось годами, выплескивается наружу. Я его ненавижу! Он оставил меня одну, умчал в неизвестном направлении и бросил на своего брата извращенца.

Явно дал понять, что я ничто и никто в его жизни, а я все это время сходила с ума.

Ненавижу! Пусть валит к своей девушке и навсегда исчезнет из моей жизни.

— Убирайся, дверь там, — говорю безжизненным голосом и подхватив с пола халат, надеваю на своё тело.

Я взбешена до невероятности.

Если он сейчас не уйдёт, клянусь, я расцарапаю ему лицо.

— Если ты мне сейчас не скажешь, кто это с тобой сделал, я разнесу тут все в хлам, — рычит он, надвигаясь на меня.

— Не скажу, убирайся отсюда, иначе я вызову полицию. Уходи, Макс. Вали отсюда, беги, как ты делаешь это всегда.

Он пытается схватить меня за руку, а я толкаю со всей силы его в грудь.

— Давай же трус, беги. Тебя же не беспокоит ничего. Я же пустое место, переспал и сделал ручкой. Ты хуже, чем твой брат, в десятки раз. Я вас обоих ненавижу.

Со злости я толкаю его ещё раз, а он резко перехватывается мои запястья и прижимает спиной к своей груди.

Я чувствую, как дорожки слез стекают из глаз. Моргаю несколько раз, что бы остановить поток, но ничего не выходит.

Задыхаюсь от эмоций, рвущих на части мою грудь. Бесит то, что он обездвижил меня, лишил последней надежды не окунуться в такой до боли родной запах.

— Отпусти.

— Как только ты успокоишься, — говорит он, сильнее прижимая меня к себе.

— Дыши, Фаина еб. й в рот. — Он ругается, а я боюсь шелохнуться.

Вдох… выдох …

Я не знаю сколько проходит времени прежде, чем он разжимает свои объятия и поворачивает к себе лицом.

Я вижу гнев, горящий в его взгляде.

— Почему? — Спрашивает он, — почему, черт возьми, Фаина?

— Убирайся, Макс! Уходи!

Ладонь обжигает, когда я резко подлетаю и замахиваясь, залепляю ему громкую пощёчину.

— Теперь свободен!

Он замолкает и отшатывается. Накидывает на голову капюшон. Разворачивается. Стоит какое-то время не шевелясь, а я молю его молча меня не слушать.

Сердце колотится как сумасшедшее. Грудь разрывает от боли.

«Не уходи, Макс, пожалуйста»- молю я мысленно.

Он не слышит. Как и всегда …

Открывает дверь и выходит, бесшумно прикрыв ее с той стороны.