Шрифт:
Хочу видеть, дотронуться.
В окне мелькнула тень. Это он. Решительно вошла в подъезд, остановилась перед дверью в квартиру. Несколько раз вздохнула, набираясь смелости и… постучала.
Что-то скрипнуло. Тихие шаги. Дверь открылась на пороге – он.
Взгляд совсем не удивлённый. Оценивающий. Скользнул очень быстро по фигуре, вернулся и остановился на лице.
– Входи.
Я вошла. За спиной хлопнула дверь.
Селим прошел к креслу, сел в него, кресло скрипнуло. Получается он сидел в нем, когда я постучала. Просто сидел? Рядом ни книги, ни бокала, ни включен телевизор, нет телефона, ноутбука… Ничего.
Как будто он знал, что я приду. Сидел и ждал.
На тумбе лампа наполняет комнату тихим светом. Никого. Тишина окружает и шорох моей юбки.
Я снова, как будто шагнула в другое измерение. Согласилась на что-то, чего раньше никогда даже и не думала себе позволять.
Селим молчит, и я молчу. Смотрим друг на друга и между нами происходит диалог. Мысленно, во взглядах.
,,Значит, ты согласна на это?,,
,,Да,,
,,Тебе понравилось?,,
,,Да,,
,,Хочешь ещё?,,
,,Да Селим, я хочу ещё,,
Глава 12
– Ты считаешь, я был не прав? – тихий голос, но такой оглушительный в пустоте квартиры.
– В чём? – мой голос дрожит.
– В том, что ты мне не подходишь?
– Да, – ответила прямо.
Селим едва прищурился, но потом снова взгляд его стал пронизывающим, уверенным, ровным.
– Хорошо. Убеди меня в обратном, – говорит и медленно стучит пальцем по перилу кресла.
Насмешка только в голосе, не в лице.
– Как убедить? – не понимаю.
– Как ты хочешь?
– Я не знаю, ты мне скажи.
Взгляд его переместился вниз. Туда, где от этого холодного взгляда уже закипает желание. Где от голоса становится жарко и тесно в любой одежде. Где разгорается и пылает огонь, ещё только от бледной искры. Где зарождается влага и стремиться наружу, чтобы дать понять и телу, и касанию, и взгляду, что нет никаких преград, есть только желание. Простое и понятное.
– Подними платье, – произносит Селим.
Взгляд его застыл, не движется. Прибился и стоит на одном месте. Это даже не игра, а действительность, в которой я теперь должна существовать.
Если хочу, чтобы меня не выставили за дверь, хочу уцепиться ногтями за эту комнату, эту кровать, за эти стены и дверь. Я должна делать только то, что он мне говорит.
Пальцы послушны, они подчиняются. Тронули ткань, потянули, оголяя сначала ноги, потом бёдра. Я сжала в ладонях лёгкую ткань и не отрываясь, смотрю на Селима. Между ног предательски сводит. Жаждет проникновения.
– Спусти трусы.
Я уже даже не вздрагиваю, просто делаю. Одной рукой придерживаю платье, другой стягиваю трусы.
– О, нет, – он разочарованно, отводит в строну взгляд.
Что он там увидел? Вроде бы я тщательно ухаживаю, вовремя подбриваю, оставляю только тонкую полоску.
– Что это такое? Нет, так не пойдёт.
Он раздраженно встал, прошел к окну, потом мимо меня, как будто напрочь забыл, что я здесь стою. Отсутствую. Стенка. Никто.
– Что не так? – я осмелела и спросила с лёгким недовольством, гордо вскинув подбородок.
Хотя, какая там гордость, стою без трусов. Сплошное пошлое унижение.
– Всё не так. Я не терплю эти причёски, там должно быть чисто. Понимаешь – голо. Только кожа и плоть, больше ничего. Никаких волос.
– Но я…
– Уходи.
– Ну, пожалуйста.
– Ты не поняла? – он грозно глянул.
Нет, лучше не шутить с этим. Если ему не нравится, нужно всё исправить. Тогда, я сейчас пойду домой и сделаю всё, как надо.
Что за чушь, что я сделаю?
Это ерунда бред. Всё, надоело, я не буду играть в эти игры.
Резким движением я натянула трусы, откинула подол платья, поправило его. Повернулась и взялась за ручку двери.
– Подожди, – услышала голос Селима.
Кажется, уже не такой строгий. Я обернулась. Он идёт ко мне. Подошел, встал рядом, рассматривает лицо. Теперь я вижу он не строгий, не злой. Может быть, вот сейчас поцелует.
Он протянул руку, тронул мою щёку. Я хотела улыбнуться, но в следующий момент он схватил меня за шею, сдавил её и повернул меня к себе задом. Толкнул на дверь, схватил подол платья, потянул вверх. Стянул трусы и быстрым движением колена раздвинул мне ноги.