Попал точно в цель, но, к сожалению, никого не убил — сработали магические щиты. Правда, запоздало, словно ответственные за оборону среагировали в последний момент.

— И хватит трепаться! Шагаем по-прямой до здания магистрата, а затем сворачиваем направо к последней воронке. Иначе уже я не успокоюсь, пока не уничтожу каждого лично! И можете быть уверены, щенки, я умею ждать — последняя фраза прозвучала по-настоящему зловеще.

Волей-неволей, но «светящийся шар» повиновался и двинулся по указанному направлению. Генерал не врал, и они это знали. В своих наводках он еще ни разу их не обманул.

— Как думаете, какие у него показатели ловкости и выносливости? — спросил танк — У Фройлина в отряде все бойцы поголовно от трехсотого уровня и выше, но не один из них так и не смог его догнать. Передвигается со скоростью молнии. Неужели он и вправду настолько силен?

— Тут дело не в этом, господин Герман — сказал Готэн Либен — А в расовых бонусах неупокоенных. Под землей и на кладбищах нежить становится сильнее. А Натолис, по сути, представляет собой гигантское подземное кладбище. Тут уровень господина Гундахара эквивалентен пятисотому, если не больше. Поэтому он и чувствует себя как рыба в воде.

— А-а-а. Это многое объясняет. А то я уж начал думать, что накосячил с его проекцией в Чертогах Аргентависа и нечаянно сделал слабее.

Внезапно мой слух уловил приглушенный вскрик и едва различимое: «Хрусть-Хрусть».

— Белар, как не стыдно! Подсылать ко мне ассасинов! А еще паладин называется… Что ж, с другой стороны, пара засечек лишней не будет! И чтобы ты знал, мне не нужны глаза, чтобы видеть. Вашу вонь я с легкостью учую за километр.

— А вот тут он немного лукавит — произнес инженер.

Герман покосился на гнома, явно дожидаясь пояснения.

— У игвов плохое обоняние. Хуже, чем у людей и эльфов. Но при этом очень острое зрение. Настолько, что они могут сходу определить, в каком участке леса зарыт труп годичной давности.

— Это как?

— Разлагающееся тело отдает в почву много азота — вклинился я — А это, считай, удобрение, от которого листья ближайших деревьев становятся чуточку зеленее. Подобный лайфхак часто применяли в криминалистике. Человеческий глаз разницы не заметит, а вот дроны со специальными камерами легко.

— А-а-а.

— Верно — кивнул гном — Хоть я и не знаю, что такое дроны. Но именно поэтому игвы — одни из лучших охотников.

Задание: «Бомба замедленного действия»

Корректировка статуса:

«Место прорыва» категории В. Уничтожено: 50 из 50.

Я вновь прильнул глазом к отверстию. Где-то между зданиями «световой шар» покончил с воронкой и двинулся в сторону пирамиды, походу активируя камни призыва. Все-таки Белару хватило мозгов приберечь их напоследок, а не использовать для погони за рыцарем смерти. Плохо это или хорошо, пока не ясно. Зависит от количества селенитов и их уровней.

— Так, минутная готовность. Еще раз всё проверяем и выходим.

— Наконец-то!

— Странно, что Гундахар замолчал — сказал Мозес, нерешительно удерживая на ладони Серьгу Волгихала — ухо он так и не проколол — Так мы хоть знали, где он. А теперь ходи, ищи.

Я перевел взгляд на друга и вздрогнул — в метре от него невозмутимо сидел генерал. Каким-то непостижимым образом он умудрился пробраться к нам через крышу и при этом остаться незамеченным.

— Тох, обернись.

— А?

— Бу!

— Господи! — толстяк подпрыгнул на месте — Хватит!

— Трус… Дай сюда! — Гундахар сграбастал серьгу и молниеносным движением нацепил её Мозесу на ухо.

— Ай! Ты что сделал?! Ты мне правое ухо проколол!

— Так правильно. Не левое же. У игвов это считается признаком нетрадиционной ориентации.

— Так вы всё делаете наоборот! У людей-то иначе!

— Оу, верно… Прости. Хотя, с другой стороны, не вижу повода так сильно расстраиваться. Ты жирный, трусливый, тупой. Вылитая матка Ямарайяху. Разумеется, лет через пятьсот и тебе повезёт повстречать сочувствующую деву, но можешь быть уверен, неправильно проколотое ухо — последнее, что станет её волновать.

— Начинается… Белара ему было мало. Решил теперь и нас доставать.

— Да, повеселился я отменно. Правда, горло болит. Я столько не орал с тех самых пор, как поругался с Зативом пятьдесят лет назад.

— С каким еще Зативом? Ты же в темнице сидел?

— Затив — это камень. И мой старый друг. У меня их было много — генерал принялся поочередно загибать пальцы — Фьор, Эрамн, Ахаш, Геон, Димер, Мимир, Тамика, Фальтор, Веллен, Саниа, Луна, братья Интэй…