— Василиса, — он обхватывает моё лицо, заставляя посмотреть в его глаза. — Твоя жизнь была кошмаром наяву. Я даже не представляю, как ты сохранила рассудок после всего, что перенесла. Ты заслуживаешь не такого оболтуса как я, ты заслуживаешь всего самого лучшего. Но я слишком эгоистичен, чтобы уступить тебя кому-либо. Ты моя любимая женщина, а скоро станешь матерью моего ребенка. И, может быть, не одного.
— Я люблю тебя больше жизни, — ещё один всхлип — и я подаюсь к нему навстречу, прижимая свои губы к его. — И буду любить, пока буду дышать.
