Хочется успокоить ее, сказать, что она не виновата. Но все это так банально. Ей не нужны мои слова успокоения или поддержка. Она просто хочет выговориться, без всяких сопливых эмоций с моей стороны. Посему я лишь крепче обнял ее, стараясь не упустить ни слова.

— Тогда я и не знала, что могу управлять пламенем. Оно слушается меня как дитя родную мать. Оберегает, успокаивает, как сейчас, — она кивнула в сторону стены пламени, — Я сутки просидела на останках своей деревни, пока рядом не приземлился корабль. Оттуда вышел молодой парень с отрядом инквизиции. Так мы и познакомились с Александром. Когда он увидел меня: заплаканную, испуганную, то лишь ухмыльнулся. Тогда мне показалось, что он улыбнулся, но сейчас понимаю — это была злорадная ухмылка. Моя сила была нестабильна, и от страха я сожгла весь его отряд, но не его. Он обнял меня крепко и сказал, что никогда не отпустит. Именно тогда, я поняла, что влюбляюсь в него. Он скрыл меня от ордена, заявил всем, что ведьма сбежала, уничтожив его отряд.

Нам приходилось жить скрытно, но даже этого мне хватало. Я радовалась каждой нашей встрече, ибо кроме него мне не с кем было поговорить. Мне пришлось прятаться на корабле, запрятанном где-то в космосе. Жуткое время.

После продолжительных встреч, я поняла, что беременна от него. Александр тогда стал инквизитором девятого ранга. Я знала как в ордене становятся сильнее, но верила, что это ради общего блага. Он обещал, что, став влиятельней в ордене, он сможет повлиять на них и принять ведьм. Он клялся мне, что убивает только плохих… Но как понять, что ведьма плохая? Только потому, что они убивают людей? Так я сама убила всех, кого знала… Я тоже плохая? Тогда и меня можно было бы убить? Но тогда, я об этом не думала, лишь радовалась как хорошо мне живется. Безопасно, сыто, тепло, хоть и немного одиноко. Но родившийся ребенок вскоре все изменил. Александр официально объявил меня своей женой, мы переехали на Регулус, где он стал помощником Верховного Инквизитора Планеты. Мне приходилось скрывать свои силы.

— Как ты стала Верховной ведьмой?

— Когда родила Лилию, — хмыкнула Елена, — Моя дочь помогла мне возвыситься, стать сильнее, а я сделала ее ведьмой. Ощутила это сразу, как только взяла ее на руки, ее сердце светилось от связи с эфиром. Мои силы стали стабильнее, и мне становилось все легче скрывать их. Больше ничего не зависело от моих эмоций, лишь желания и воля. Когда Александр узнал, что у нас будет дочь, он обрадовался. Хотя я ожидала, что он расстроится. Ведь сын — это наследник нужный инквизитору и ордену, кровь, которая вступит в ряды и будет защищать мир, а дочь — услада для глаз и забота, которая может достаться другому и покинуть дом. Но он был счастлив, души не чаял в Лилии, называл свои сокровищем. Сейчас я понимаю, что он смотрел на нас как на скот. Свою собственную дочь, он готов был использовать для рождения ведьм.

— Почему он не сделал этого с тобой?

— Я стала бесплодной, как только получила титул верховной ведьмы. Потеряла возможность иметь детей. Чем бы ни пытались вылечить это, не помогало.

Вот значит, чего он ждал и чему радовался. Еще оказывается силы ведьм пробуждаются только в момент совершеннолетия.

— Значит, он берег тебя на всякий случай, вдруг у Лилии не пробудятся силы?

— Да, никто бы и не отпустил меня, но мне и не хотелось уходить, я была счастлива, любила и как казалось мне, была любима. Какой же дурой я была…

— Любовь ослепляет, — понимающе ухмыляюсь, говоря эти слова.

Сам в более молодом возрасте также был ослеплен первой любовью, от чего творил такие вещи за которые до сих пор стыдно и вспоминать не хочется.

Тут Елена обхватывает мое лицо ладонями и смотря прямо в глаза говорит:

— Крил, богиня поведала мне, кто ты! Ты — наш защитник, «Щит ведьм» способный уберечь нас. Так пожалуйста, спаси мою дочь.

Я грустно улыбнулся ей положив свою руку поверх ее ладони и сжав слегка пальчики.

— Я и сам при смерти…

— Нет, ты не понял, отдай ей мое сердце, Крил! Пусть она станет Верховной Ведьмой!

— Это как?

— Есть множество способов, и только богиня ведает их все, но один она мне подсказала. Верховная Ведьма в час своей смерти может передать свой титул другой. Отдай Лилии мое сердце, пусть она поглотит его силу.

— А что дальше? Ты думаешь, что, став бесплодной она не будет нужна Александру?

— У нее хватит сил уничтожить его.

— Ты забыла? У него сопротивление огню — эфирная способность. Лилия также управляет температурой…

— Нет, — расхохоталась Елена, — Ты ошибаешься. Лилия не управляет температурой воздуха, она сама повышает ее вокруг себя, точнее ее тело. Она — пламя. В отличие от меня, которой только может управлять им и создавать только вне своего тела, она может стать им.

— А став верховной ведьмой, ее силы увеличатся и тогда Александру ничего не поможет, — догадался наконец я.

— Именно так, пусть она станет свободной, и заживет так как сама того пожелает, не скрываясь ни от кого. Пусть не будет такой как я.

— Надеюсь она будет такой только внешне, — не удержался от комментария я.

Елена рассмеялась звонким смехом без тени грусти и печали.

— Эх, если бы я встретила тебя раньше и при других обстоятельствах, — с нежной улыбкой сказала она, а затем добавила, — Береги ее, Крил!

— Я постараюсь.

Елена кивнула мне, и приблизившись поцеловала нежно в губы, а затем растворилась в мягком золотом свечении. В моей руке ощущалась тяжесть, я, скосив взгляд с обреченностью уставился на сердце ведьмы, оно еще билось, дожидаясь своего момента.