Развернувшись, она увидела красную Еву, однажды уже поверженную ею.

«Зачем ты вернулась?» — спросила сама себя девушка и стала поднимать «Ружье Лонгиния», которое почему-то стало таким тяжелым, таким неподъемным.

«Я предупреждала».

Едва подняв оружие, Аянами ощутила острую резь в глазах, а ствол шатало на ветру, словно флюгер. Кое-как сведя маркеры на неподвижной Еве, Рей нажала на спусковой крючок, и ее тут же с силой отшвырнуло назад.

Девушка даже не успела вскрикнуть. Синие волосы взметнулись на ветру, и ее тело полетело в бездонную пропасть. Серость неба так быстро удалялась, света становилось все меньше и меньше. В какой-то момент перед глазами Рей осталась лишь крошечная точка, а потом исчезла и она.

«Крепко зажмуриться».

Аянами открыла глаза, ее всю знобило. Землю вокруг припорошило снегом. С трудом встав на ноги, Рей размяла затекшие и не желавшие двигаться суставы. Их хруст можно было бы, наверное, услышать, если бы обледеневший плащ не хрустел громче.

— Доброе утро, — сказала Майя, сидящая у костра.

Рей лишь кивнула в ответ и приложила руку ко лбу.

«Горячий. Плохо».

Сделав пару нетвердых шагов, она уселась рядом с Ибуки и уставилась на еще теплящиеся угольки. Из останков костра струились тонкие нити пара: души упавших снежинок возвращались в низкое небо.

— Ты в порядке? — полюбопытствовала попутчица.

Девушка посмотрела на Майю и коротко кивнула, после чего ее взгляд переключился на кружку, доверху наполненную вчерашней ухой.

— У тебя глаза покрасневшие, — с легким беспокойством в голосе пробормотала женщина.

Это заявление заставило Аянами слегка приподнять бровь, но выражение лица быстро стало прежним, едва девушка взяла в руки кружку и поднесла ее ко рту. В супе было больше разваренной рыбы и картошки, чем бульона, да и жирок сверху уже застыл от холода. Но теплые угольки не позволили завтраку превратиться в мороженое.

— Приятного аппетита, — пожелала сама себе Рей и быстро отхлебнула ухи.

Первый же глоток отозвался болью и едва не встал поперек горла. Девушка смогла протолкнуть его дальше, после чего ела уже не так спешно и старалась пережевывать даже разваренную рыбу, в которой совсем не было костей. Покончив с завтраком, она отложила кружку в сторону и ощупала горло рукой.

«Нехорошо. Не вовремя все это».

Взяв в руки горсть снега, девушка растерла им разгоряченное лицо. Стало как-то сразу легче.

— Рей, тебе плохо?

В ответ Аянами лишь чихнула. На мгновение путницы заслушались гулким эхом, гуляющим от горы к горе.

— Где Хьюго и Сигеру? — слегка сиплым простуженным голосом спросила Рей.

— Они ушли, — похлопав глазами, ответила Ибуки.

— Идем.

— Но… — Майя не нашлась что сказать.

С одной стороны, она прекрасно видела разгоряченное лицо своей провожатой, ее мутные глаза и скованные движения, слышала сиплый голос. Но, с другой, — им надо было двигаться вперед. Аянами подошла к своему ночному лежбищу и подобрала «Ружье», которое стало уж очень тяжелым. «Как во сне», — подумала она. Закинув его на плечо, она пошла вперед.

— Идем же, — повторила девушка, видя неуверенность Ибуки, — я дойду. Не в первый раз ведь.

Очень скоро Майя и Рей оказались на перевале, который вчера Аянами успешно зачистила.

— Здесь мы остановимся ненадолго, — предупредила попутчицу Рей.

— Хоро… — женщина не смогла договорить, потому что, как только они вышли из леса непосредственно на перевал, она увидела последствия событий вчерашней ночи.

Трупы уже успело сковать морозцем и присыпать снегом, поэтому крови было видно не так много, но даже этого зрелища хватило, чтобы повергнуть Ибуки в ступор.

— Кыш отсюда, — пробурчала Аянами и спихнула с тела одну из десятка ворон, что решили устроить пир на месте бойни. Остальные наглые птицы даже не торопились взлетать, просто прыснули в стороны ленивыми прыжками.

Уха, съеденная Майей на завтрак, вдруг попросилась назад с огромной скоростью. Женщина лишь успела согнуться и опустошить содержимое желудка.

«Зря я, наверное, ее повела через перевал», — подумала Рей, приложив к голове очередную порцию снега.

«Хорошо-то как».

Девушка почувствовала легкое облегчение и довольно выдохнула. После завтрака слабость исчезла, а переход до перевала убил озноб на корню. Теперь девушки пылала жаром, от которого очень хотелось избавиться.

«Вспотела. Если снова замерзну — станет еще хуже. Надо идти дальше. Вот только…»

Присев к покойнику, Рей обшарила его карманы. Ничего интересного там не было, кроме пары обойм для его УЗИ, что валялся рядом. Осмотр прочих дал ей полупустую пачку печенья, выполненного в виде длинных палочек, и осколочную гранату. Пачку печенья она сразу же убрала во внутренний карман одежды, а вот насчет гранаты слегка призадумалась. Перекинув пару раз из руки в руку непривычное оружие, она приложила его ко лбу. Оболочка гранаты приятно холодила кожу.