Я кивнула, и уже собиралась было ответить подруге, как в дверь вдруг настойчиво позвонили. Я нахмурилась и, кивнув Але, мол, иди за своим ноутом, побрела к коридору – открывать дверь незваному гостю.

– Аня?! Анька! – подруга ввалилась в квартиру и буквально повисла на мне. Я не могла поверить ни глазам, ни ушам, ни даже своим рукам, которые обнимали верную подругу. – Но как же…

Как же так? Мы ведь считали, что она за решеткой…

– Меня освободили! – пропищала счастливая Аня, снова бросаясь обнимать меня.

– Но как… - договорить мне не дали. Точнее, я сама прервала себя на полуслове, когда увидела мнущегося сзади на лестничной площадке господина важного комиссара полиции.

Не может быть… все-таки… или нет… этот Эркюль Пуаро все же пошел нам на уступки? Освободил нашу бестолковую подругу?!

Спросить мне не дали, потому что Аня буквально повисла на мне, а затем затащила вглубь квартиры, где обнимашки почти сразу стали групповыми благодаря присоединившейся к нам Але.

Я очухалась минуты две спустя и тут же рванула обратно в коридор. Поозиралась по сторонам и поняла, что Артура уже и след простыл. Жили мы невысоко и, вызвав лифт, а также не дождавшись его, я посеменила пешком по лестницы. И, хоть это было чертовски непросто делать в тапках-пандах, я набрала скорость и уже совсем скоро нагнала наглого на просторах лестничной площадки второго этажа.

– Подожди! – Я схватила его за локоть и заставила затормозить. Затем встряхнула головой, мысленно дала себе подзатыльник и тут же отпустила чужую руку.

– М?

– Почему?

– Что почему?

– Почему отпустил ее?

– М…

– Это, конечно, все объясняет… - сострила я, скрещивая руки на груди. Я нахмурилась, внимательно осматривая Артура и, поскольку я находилась на три ступеньки выше, чем мой собеседник, впервые за долгое время мне удалось посмотреть ему почти прямо в лицо.

– Я подумал и решил, что перебор держать за решеткой человека, который всего лишь хотел спасти пару крабьих жизней, - усмехнулся Артур.

– Пару дюжин…

– Ну, или пару дюжин.

– Но еще позавчера ты был настроен куда более категорично…

– Передумал. – Артур лишь пожал плечами, испытующе глядя на меня.

– А как же закон?

– А его никто и не нарушал.

– В смысле?

– В прямом. Владелец магазина больше не имеет к Вашей подруге никаких претензий.

– С чего бы это вдруг?

– Не имеет, и все тут, - отрезал Диджев, хмурясь.

– Ладно… Вы его там запугали что ли? – не унимаясь, спросила я.

– За кого Вы меня держите? Закон свят для меня, в отличие от некоторых… - он хмыкнул, легонько задирая нос. Ишь, какой! Смотрите на него, какая цаца!

– Ладно… то есть… спасибо, - в любом случае, мы были ему обязаны. – Не знаю, что бы мы без тебя делали…

– Объясните своей подруге, как можно поступать, а как нельзя. Бороться за права и отстаивать их можно и законными способами.

– Я обязательно с ней поговорю, уж поверь мне!

– Хорошо. Я тогда…

– Нет!

– Как нет? Что нет?

Я поняла, что Артур собирается уходить и тут же поспешно замахала перед ним руками, силясь подобрать нужные слова.

– Мужская прерогатива!

– О чем это Вы?

– Ну же!

– Хотите, чтобы я позвал Вас на свидание?
– его брови удивленно взлетели вверх, будто я не о встрече говорила, а о совместном полете в космос.

– Очень, - я закивала, как китайский болванчик.

– Серьезно?! – он неподдельно удивился.

– Вполне…

– Хотите еще раз повторить свидание? После того, что уже было у нас? Со мной?

– Да… - я глупо улыбнулась, снова кивнув.

– Я даже не знаю, что сказать… Я ведь уже освободил Вашу подругу...

– Назови лучше место и время.

– Что ж… почему бы и нет…

Мы отправились на свидание в парк. По моему настоянию, потому что рестораны у меня ассоциировались с чем-то дурным. Случилось это ровно через день после героического спасения нашей Аньки, то есть в воскресенье.